Мелет или мелит? Не трожь или не трогай? Изучаем глаголы со сложным характером

Статья в ноябрьском номере за 2024 год посвящена трудностям с глаголом молоть. В русском языке есть два омонимичных глагола мели́ть: один означает ‘мазать или натирать мелом’, а другой — ‘дробить, измельчать’. При этом второй глагол встречается только в просторечии, а в литературном русском языке правильная форма инфинитива — молоть. 

В праславянском языке этот инфинитив выглядел как *melti, но потом начал действовать закон открытого слога, что привело в восточнославянских языках к развитию полногласных сочетаний вроде -оло- и -ере-: старославянскому млѣти соответствует древнерусское молоти.

В современном русском языке глагол молоть относится к первому спряжению (мелю́, ме́лешь, ме́лет), но изначально оба омонима изменялись по второму спряжению: мелю́, мели́шь, мели́т. Впоследствии у глагола со значением ‘дробить’ ударение сместилось с окончания на основу во всех формах, за исключением первого лица единственного числа: мелю́, но ме́лишь, ме́лит.

Алексей Лебедев подчеркивает, что это не случайные изменения: «Схемы постановки ударения различны и нередко сосуществуют в рамках одного и того же спряжения или даже его «подразделения» — глагольного класса. Поэтому иногда возникает переход от одного типа ударения к другому, обычно под влиянием аналогичных слов». 

Сейчас мы бы сказали поми́римся, похоро́нят, но во времена Пушкина ударение было иным, что подсказывает стихотворный размер: и тотчас помири́мся («Пирующие студенты»), и внуки нас похороня́т («Медный всадник»). 

Просторечное ударение зво́нит, которое так раздражает многих, — результат той же тенденции, хотя в этом случае изменения пока не коснулись литературной нормы. 

В статье декабрьского номера речь идет о глагольных формах, в которых легко сделать ошибку. Едь и едьте — совершенно закономерные формы повелительного наклонения от глагола ехать. Но лингвисты, вероятно из соображений благозвучия, рекомендуют поезжай(те) или езжай(те) (второй вариант возможен в разговорной речи) и не езди. Примечательно, что всё это формы от других глаголов — езжать и ездить. А вот просторечное ехай — абсолютно неверный императив, который образован по модели глагола давать, тут налицо смешение моделей словоизменения. 

Как полагает Алексей Лебедев, отрицательный императив не трожь возник из-за того, что в некоторых русских диалектах глаголы типа мочь могли спрягаться как в украинском языке: ср. укр. могти, можу, можеш (с выравниванием основы) и рус. мочь, могу, можешь (чередование г/ж). Такая модель могла перейти и на глагол трогать: трожу, трожешь. В этом случае императив трожь(те) выглядит вполне логичным, хоть и неправильным. 

Язык стремится к единообразию и устранению нестандартных форм слов. 

Колебания в глаголе зреть во многом связаны с тем, что это редкое и устаревшее слово. В настоящем времени он спрягается как зрю, зришь, зрит, а также есть слова вроде взирать и зритель, поэтому у носителей языка возникает желание «подравнять» основу, чтобы инфинитив был зрить, а формы прошедшего времени — зрил, зрила, зрило (а не зрел, зрела, зрело, как предполагают правила). Так система словоизменения влияет на отдельные формы слова.