Правильно: Его руки были скованы за спиной. Это краткое причастие. Прилагательное скованный имеет значение 'лишенный легкости, непринужденности'.
Написание калмыцкий передает соответствующее произношение: здесь происходит чередование к — ц. Слово имеет и другое произношение и соответствующее ему написание — калмыкский. В прилагательном узбекский всё по правилам.
Обозначить тот факт, что перед нами название, нужно. При этом кавычки не кажутся идеальным способом такого обозначения, ведь они нагружены многими другими смыслами (в их числе указание на ироничное употребление слова и т. д.). Представляется, что лучше использовать прописную букву: С помощью Вдохновения можно уменьшить время перезарядки скиллов.
Ответить на вопрос, имеются ли в высказывании лингвистические признаки оскорбления, можно только в рамках лингвистической экспертизы текста. Эксперт должен оценить контекст, в котором прозвучало то или иное слово, установить, было ли высказывание публичным, ответить на вопрос, содержится ли в высказывании негативная характеристика человека, выражена ли она в неприличной форме и т. д. Только после этого можно говорить о наличии или отсутствии признаков оскорбления.
Поскольку улица названа по фамилии Пиро́жников (Нижегородский краевед. Вып. 1. Нижний Новгород, 2015. С. 59), можно полагать, что и в названии улицы ударение падало на второй слог. Впрочем, надо учитывать, что место ударения в названии улиц может со временем меняться.
В предложении могут быть поставлены две запятые перед повторяющимся союзом и. В то же время запятые могут и не ставиться, если глаголы исчезали... и гасли трактовать как единую группу, образованную на основе смысловой близости и выступающую как однородный компонент в ряду [отбрасывали] и [исчезали и гасли]. См. об этом в «Правилах русской орфографии и пунктуации» под ред. В. В. Лопатина (§ 28, последнее примечание).
Прошу уточнить норму склонения в винительном падеже (ед. и мн. ч.) сложных существительных с дефисом, где главное слово неодушевленное, а приложение — одушевленное (компания-разработчик, организация-исполнитель, фирма-нарушитель). Возникает противоречие: 1. Формальная морфология требует неодушевленного склонения по главному слову (Вин. = Им.): «проверить компанию-разработчик», «выявить компании-нарушители». 2. На практике встречаются случаи использования одушевленной формы склонения приложения (Вин. = Род.): «информировать компанию-разработчика», «наказать компании-нарушителей». Вопрос: 1. Являются ли обе модели нормативными и равноправными для официально-делового стиля? 2. Можно ли считать форму «компанию-разработчика» ошибкой? 3. Существует ли академическое правило, фиксирующее выбор одушевленной/неодушевленной формы для таких пар?
Склонение синтаксических конструкций с приложением — весьма непростая тема для обсуждения. В современной деловой речи подобные конструкции могут включать определяемые существительные, обозначающие организацию, учреждение, государство, в качестве же приложения (определения) выступают существительные типа участник, преемник, производитель, исполнитель, разработчик, отправитель, нарушитель, ответчик, импортер, экспортер, выгодоприобретатель и др. Первую позицию занимают неодушевленные существительные, а вторую — существительные одушевленные (в расширенном, измененнном значении). Лингвисты констатируют: в таких конструкциях существительные-определения демонстрируют вариантные формы винительного падежа. Это варьирование — не уникальное явление: как можно видеть на других примерах, исходно одушевленные существительные при изменении значения употребляются в падежных формах как одушевленных, так и неодушевленных существительных, нередко на протяжении длительного времени. Варьирование обусловливают разные причины: и приверженность говорящих к привычным формам, и, наоборот, стремление «примерить» новые формы, когда семантическая перемена (отнесенность слова к другому объекту действительности) заметна или намеренна, а также особенности высказываний. Очевидно, что формальное варьирование — это закономерный этап в меняющейся и многообразной жизни слова.
Наблюдая за обсуждаемыми конструкциями, лингвисты обратили внимание на интересные особенности варьирования форм. Если существительные употребляются в форме единственного числа, то приложение часто сохраняет форму винительного падежа одушевленного существительного (организацию-участника; фирму-нарушителя; страну-импортера). Если существительные стоят во множественном числе, то их формы могут быть уподоблены (привлечь государства-экспортеры; обратить внимание на фирмы-союзники).
Эти наблюдения, безусловно, не исключают возможности употребления форм типа страну-импортер, объединить государства-участников.
При произнесении без паузы в сочетании дуб зеленый на конце слова дуб произносится [б].
Ваш вопрос труден, потому что приложение — вообще довольно загадочная вещь. Его трактовка как разновидности определений с теоретической точки зрения не выдерживает критики.
Однозначно можно сказать, что приложение является отдельным членом предложения, когда оно обособлено. В этом случае у приложения особая функция, отличная от функции «определяемого слова». Очень часто дополнительная функция обособленного приложения — выражение причинных отношений (Красавица и умница, Маша всегда привлекала всеобщее внимание).
Что же касается необособленных приложений (которым и посвящен вопрос), то отталкиваться нужно от того, что ключ не в неделимости сочетания, а в однофункциональности приложения и определяемого слова. Мы приехали в город: в город является обстоятельством. Мы приехали в Петербург: в Петербург является обстоятельством. Оба слова прекрасно справляются с функцией обстоятельства. Следовательно, в предложении Мы приехали в город Петербург мы имеем обстоятельство, выраженное словосочетанием с приложением. Это один член предложения. При этом никто не мешает нам указать на то, что один из компонентов распространенного обстоятельства (или другого члена предложения) представляет собой приложение по отношению к другому.
При письменном разборе мы подчеркиваем интересующее нас словосочетание как один член предложения, но надписываем над приложением «приложение» и графически показываем его зависимость от «определяемого слова». При выполнении тестов ОГЭ или ЕГЭ прежде всего анализируем постановку вопроса: предполагается или не предполагается этой постановкой особое выделение приложений.
Примечание: ответ дан с позиций университетского преподавателя. Именно этим объясняется, в частности, то, что словосочетание определяемое слово взято в кавычки: это ирония, так как очень часто невозможно решить, что является определяемым, а что — приложением (это относится и к примерам про Машу и Елену).
Возможно, специалисты по подготовке к ОГЭ/ЕГЭ, методисты и т. д. ответили бы на этот вопрос иначе. Целесообразно проконсультироваться у них.