Могут ли быть в лингвистике открытия?

Учителями Анны Поливановой были Андрей Зализняк, Юрий Шиханович, Владимир Успенский и Александр Вентцель. Поначалу она собиралась заниматься математикой, но под влиянием брата и преподавателей поступила учиться на отделение структурной и прикладной лингвистики филологического факультета МГУ (нынешний ОТиПЛ) и влюбилась в эту науку. На одном из занятий она придумала определение лингвистики.

«Лингвистика занимается изучением того, как устроено нерукотворное информационное устройство, обеспечивающее хранение, передачу, преобразование и создание новой информации».

Анна Поливанова сравнивает лингвистику с биологией, которая изучает устройство иммунной системы. Только вместо иммунной — мыслительная. Язык никто не придумал, это система, заложенная в человеке, что позволяет лингвистике быть эмпирической наукой. При этом лингвистика еще и дедуктивная наука, в ней не может быть научных открытий в подлинном смысле слова: есть лишь явления, которые до этого не были названы и описаны. Можно сравнить этот принцип с доказательством теоремы в математике. 

В научной работе необходимы ограничения: одному исследователю не под силу описать синтаксис всего русского языка, но он может описать, к примеру, синтаксис одной повести. С этой точки зрения удобно изучать старославянский язык, на котором сохранилось сравнительно небольшое количество памятников. «Я думаю, что мое мастерство — подворачивать разные проблемы так, чтобы они становились доступны рациональному знанию, изучению и чтобы любое утверждение было бы опровержимым», — резюмирует Анна Поливанова.  

Кроме размышлений о науке, в интервью есть множество личных воспоминаний об истории семьи и жизни в СССР в советские годы. Можно прочитать его в виде обработанной расшифровки или посмотреть видеозапись.