Дело о падеже: сколько падежей бывает в языке и зачем они нужны

Куда падают слова

Падеж — это словоизменительная грамматическая категория, которая выражает синтаксические и смысловые отношения между именем существительным (прилагательным, местоимением и некоторыми другими частями речи) и остальными словами в предложении.

Слово падеж используют в двух смыслах:

1. грамматическое явление, которое состоит в том, что в том или ином языке противопоставляются два или более конкретных падежа;
2. конкретный падеж (именительный, родительный и другие) в противопоставлении другим конкретным падежам¹. 

Падеж можно понимать формально и семантически (то есть в соответствии с его смыслом). Например, в русском языке творительному падежу соответствует ряд словоформ: пером, человеком, стрелой, лесом. Каждая из них может выражать в определенных контекстах разные значения: писать пером — значение орудия, сделано человеком — значение деятеля, лететь стрелой — значение эталона сравнения, ехать лесом — значение места движения.

Русское слово падеж восходит к древнегреческому πτῶσις [пто́сис] ‘падение’ от глагола πίπτω ‘падать’². 

Этот грамматический термин — метафорическая отсылка к игре в кости: слово подобно кубику выпадает разными сторонами, и эти стороны — разные падежи.

В древнегреческом языке было пять падежей: ὀνομαστική [ономастикэ́] ‘именительный’, γενική [гэникэ́] ‘родительный’, δοτική [дотикэ́] ‘дательный’, αἰτιατική [айтиатикэ́] ‘винительный’ и κλητική [клэтикэ́] ‘звательный’.

Латинское casus ‘падение’ и ‘падеж’ в грамматике (от глагола cadere ‘падать’; отсюда английское case, немецкое Kasus) — тоже калька с древнегреческого. По количеству их было на один больше, чем в греческом:

1. Nominativus ‘именительный’.
2. Genetivus ‘родительный’.
3. Dativus ‘дательный’.
4. Accusativus ‘винительный’.
5. Ablativus ‘отложительный’.
6. Vocativus ‘звательный’.

Для праиндоевропейского языка исследователи восстанавливают восемь падежей: именительный, родительный, дательный, винительный, звательный, творительный (инструменталис), местный (локатив) и отложительный. Звательный падеж использовался при обращении, местный отвечал на вопрос где?, а отложительный указывал на удаление, отделение от чего-либо. Как мы видим, русская падежная система тоже во многом похожа на праиндоевропейскую (наш предложный падеж восходит к локативу и сохраняет его значение с предлогами в, на, при).

Названия падежей в европейских языках чаще всего заимствованы из латинского, хотя, например, в чешском их обычно обозначают просто номерами: první pád ‘первый падеж’ — именительный, druhý pád ‘второй падеж’ — родительный и т. д. (но есть и традиционные варианты вроде Nominativ и Genitiv).

Где есть падежи

Индоевропейские языки

Далеко не все индоевропейские языки сохранили систему падежей. На фоне остальных выделяются славянские и балтийские языки — практически во всех них есть падежи.

В славянских, как правило, выделяют шесть-семь падежей: в русском, белорусском, словацком и словенском — шесть, в украинском, польском, чешском, сербском и хорватском — семь.

Многие славянские языки сохранили древний звательный падеж. Это единственный падеж, который не отвечает ни на какой вопрос.

Этим он отличается от других падежей: кто? что? — именительный, кого? чего? — родительный и т. д.

В украинском звательный падеж от слова мама будет мамо!, от батько ‘отец’ — батьку!, от ніч ‘ночь’ — ноче!; в польском от chłopiec — chłopcze! ‘парень’; в чешском от muž ‘мужчина’, ‘муж’ — muži!, в сербском војник ‘солдат’ — војниче! В современном белорусском языке звательный падеж не выделяется, но он присутствовал в тарашкевице (классическом варианте белорусской грамматики): брат — браце, друг — дружа.

В русском языке есть немногочисленные формы звательного падежа церковнославянского происхождения: Господи! Иисусе! Боже! Отче! Часть из них употребляют не только как обращение к Богу, но и как междометие: господи боже (мой). Помимо этого есть разговорные формы вокатива с усечением конечного гласного: мам, пап, Кать, Вась.

В балтийских латышском и литовском — по семь падежей, включая местный и звательный. Например, по-литовски ‘я живу в доме’ будет aš gyvenu namè (nãmas ‘дом’), а по-латышски — es dzīvoju mājā (māja ‘дом’).

А вот в германских языках количество падежей гораздо более скромное: в немецком, исландском и фарерском их четыре. В немецком названия заимствованы из латинского (Nominativ, Genitiv, Dativ, Akkusativ), в исландском это кальки (nefnifall ‘именительный’ от nefna ‘имя’ + fall ‘падеж’, eignarfall ‘родительный’, þágufall ‘дательный’, þolfall ‘винительный’), а в фарерском используются исконно фарерские названия, в которых задействованы разные формы слова hvør ‘кто’ (hvørfall ‘именительный’ от hvør ‘кто’ + fall ‘падеж’, hvørsfall ‘родительный’ от hvørs ‘кого’, hvørjumfall ‘дательный’ от hvørjum ‘кому’, hvønnfall ‘винительный’ от hvønn ‘кого’).

Среди романских можно выделить разве что румынский/молдавский: там пять падежей, как в германских, но еще звательный (от pui ‘птенец’ — puiule).

В современном греческом по сравнению с его предком исчез только дательный падеж: άνθρωπος [ánthropos]³ ‘человек’ (именительный), ανθρώπου [anthrópou] ‘человека’ (родительный), άνθρωπο [ánthropo] ‘человека’ (винительный), άνθρωπε [ánthrope] (звательный) ‘о человек!’.

Финно-угорские языки

В финно-угорских языках падежей, как правило, значительно больше, чем в русском. Это связано с особенностями их грамматики: они относятся к агглютинативным языкам, то есть слова в них образуются путем последовательного присоединения к корню аффиксов, каждый из которых несет одно грамматическое значение.

Принципы выделения падежей могут отличаться у разных лингвистов, поэтому иногда количество можно посчитать лишь приблизительно.

Так, в эстонском насчитывают четырнадцать падежей, в языке коми — шестнадцать, в финском около пятнадцати, а в венгерском — от восемнадцати до тридцати пяти!

Среди необычных венгерских падежей можно назвать иллатив (куда?, внутрь чего?, окончание -ba/-be: házba ‘в дом’ от ház ‘дом’), элатив (откуда?, из чего?, окончание -ból/-ből: házból ‘из дома’), аллатив (куда?, к чему?, окончание -hoz/-hez: házhoz ‘к дому’).

Где нет падежей

Из славянских языков единственный, в котором исчезли падежи, — болгарский. Но и для него их наличие в прошлом не прошло бесследно: реликты падежей можно заметить в формах местоимений (аз — мене — мене, то — него — нему, тя — нея — ней) и в наличии звательной формы (човече от човек ‘человек’). Фраза ‘Завтра я не пойду на работу’ по-болгарски звучит как Утре няма да ходя на работа.

Среди германских лишились падежей английский, нидерландский, датский, норвежский и шведский. В древнеанглийском, как и в современном немецком, когда-то были именительный, родительный, дательный и винительный падежи: hūs, hūses, hūse, hūs (современное английское house ‘дом’). В сегодняшнем английском принято выделять common case ‘общий падеж’ и possessive case ‘притяжательный падеж’, который указывает на принадлежность и образуется с помощью апострофа и окончания -s (или только апострофа для множественного числа): boy’s book ‘книга мальчика’, boys’ journey ‘путешествие мальчиков’.

Падежи исчезли в таких романских языках, как французский, испанский, итальянский и португальский. К примеру, по-французски femme — ‘женщина’, а во фразе cherchez la femme ‘ищите женщину’ форма существительного никак не меняется. По-латински femina, к которому восходит французское femme, в аккузативе выглядит как feminam.

Отсутствие падежей может компенсироваться предложными конструкциями: по-испански ¿Le doy el libro a María? ‘Я даю книгу Марии?’; по-английски She drew with a crayon ‘Она рисовала мелком’.

В японском вместо падежей используют послелоги. Например, の [no] обозначает притяжательность: 私の本 [Watashi no hon] ‘моя книга’. Тот же смысл в другом языке мог бы быть выражен через родительный падеж. を [o] употребляется с переходными глаголами и выступает аналогом винительного падежа: コーヒーを のみます [Koohii o nomimasu] ‘Я пью кофе’.

Чем нас удивляет японская языковая картина мираНа выбор речевых форм влияет статус, возраст, пол собеседников, степень их близостиУтрату падежей нужно рассматривать как часть общего движения от синтетизма, когда грамматические значения выражаются внутри слова с помощью морфем, к аналитизму — когда для их передачи используются служебные слова, порядок слов и интонация. Падежи не являются чем-то естественным и обязательным в языке — без них вполне можно обойтись. А вот проще ли выучить падежную парадигму или много разных предлогов и расставить слова в строгом порядке — это вопрос субъективного восприятия.