Таджики, негры и евреи: что исследует лингвистическая конфликтология

Лингвистическая конфликтология сформировалась в 1990-х годах, она имеет три основных направления: прагматическое, юридическое и социолингвистическое. Развитием этого направления в России занимается, в частности, Научно-учебная лаборатория лингвистической конфликтологии и современных коммуникативных практик НИУ ВШЭ, которой руководит доктор филологических наук Максим Кронгауз.

Прагматическое направление называют также речевой конфликтологией. В него внесли большой вклад такие ученые, как Герберт Пол Грайс, Робин Лакофф и предложившие свои теории вежливости Джеффри Лич, Пенелопа Браун и Стивен Левинсон. Понятия, которые разработали эти исследователи, к русскому языковому материалу применили Ольга Павловна Ермакова и Елена Андреевна Земская. В частности, они описали типологию коммуникативных неудач, основываясь на разных типах конфликтов.

Юридическое направление можно назвать прикладным, оно выросло из задач лингвистической экспертизы в судебных делах. На нем специализируется Кемеровская школа лингвоперсонологии под руководством Николая Голева — она выпускает журнал «Юрислингвистика».

Социолингвистическое направление активно развивает Институт языкознания РАН. Оно фокусируется на конфликтности носителей разных языков — как отдельных людей, так и целых сообществ, когда причиной конфликтов становятся языковые контакты.

Лингвисты изучают не сами конфликты, а коммуникацию, в которой они присутствуют.

Важный компонент конфликтной коммуникации — агрессия, когда одна сторона атакует другую, что особенно характерно для интернет-общения. Лингвистов интересуют маркеры и триггеры речевой агрессии, они разрабатывают методологию оценки степени грубости. Еще одна задача, которую предстоит решить в будущем, — анализ структуры конфликтов и их классификация.

Отдельное направление связано с изучением того, как используются этнонимы (наименования этнических групп) и этнофолизмы (от др.-греч. ἔθνος ‘род, племя, народ’ и φαῦλος ‘ничтожный, дурной’, ‘обидный’) — экспрессивные слова и выражения, которые не просто обозначают людей по этническому признаку, но и имеют негативные коннотации, функционируют как прозвища (макаронник, хач, чурка).

Наш человек! Как появились и что значат названия народов — этнонимыОт имен легендарных прародителей до прозвищ, данных соседямиВ одном из исследований респонденты должны были расположить по шкале грубости около тридцати экспрессивных и нейтральных этнонимов. Нейтральные этнонимы, в частности слова итальянец и еврей, в целом получили низкую оценку негативности; при этом слово таджик показало некоторый сдвиг в сторону полюса негативности.

Ответы о степени негативности слова негр равномерно распределились по шкале от 1 до 5, при этом максимально негативную оценку ему дали респонденты в возрасте 25 лет. Молодые считают слово негр более негативным в сравнении с представителями предшествующих поколений. Тем не менее во всех нормативных словарях это слово по-прежнему не имеет помет и считается нейтральным.

Контекстный анализ показал, что этнофолизм хачик в 93% случаев используется в негативном контексте, азиат — в 65% случаев, а европеец — меньше чем в половине случаев.

Хотя слово хачик происходит от армянского имени Хачик, уменьшительной формы от Хачатур, в качестве этнофолизма его применяют ко всем представителям кавказских народов. При этом, как показал анализ, в семи случаях оно употреблено в положительном контексте, например люблю тебя, хачик и хачик краш.

Слово чухонец (устаревшее название финнов и эстонцев) знает лишь небольшой процент опрошенных — в основном это люди старше 34 лет. Слово даги большинство носителей языка определило как фамильярное, но при этом не имеющее явно отрицательных коннотаций.