Почему Коэльо не Амаду: что мы знаем о бразильской литературе
Бразильскую литературу русскому читателю открыл не кто иной, как Пушкин, но настоящий бум ее переводов пришелся на советские годы, когда взошла звезда Жоржи Амаду. После распада СССР литература этой латиноамериканской страны вновь ушла в тень, из которой вынырнул Пауло Коэльо, — и, по мнению многих, лучше бы он этого не делал. О трех периодах наших отношений с бразильской литературой на сайте «Горький» рассказывает переводчик с португальского Елена Белякова.
«Написать эту статью меня подтолкнула недавняя публикация на „Горьком“, в которой утверждалось, что бразильская литература практически не известна в России. Если говорить о современной России, то, возможно, это и соответствует действительности, но так было не всегда. Если проанализировать всю историю русско-бразильских литературных связей, которая началась в первой половине XIX века, то можно прийти к выводу, что она делится на три основных периода: доамадовский, период, связанный с деятельностью Жоржи Амаду, и постамадовский».
