Языковая ситуация в Российской империи: русский и все остальные

Сословные границы

То, на каком языке общался подданный империи, зависело не только от этнической принадлежности, но и от сословной. Языком повседневного общения дворянской элиты в XVIII — первой половине XIX века был французский. Его использовали в семейных разговорах, в переписке, в гостях, на светских мероприятиях.

Наверняка многие вспомнят начало романа Льва Толстого «Война и мир», когда посетители салона Анны Павловны Шерер, фрейлины императрицы, беседуют друг с другом либо по-французски, либо обильно «приправляя» русскую речь галлицизмами. И действительно, русским аристократам проще было выражать свои мысли по-французски.

Война с Наполеоном привела к тому, что после 1812 года престиж русского языка в дворянских семьях стал повышаться, и к концу XIX века многие дворяне в быту были уже русскоязычными.

Другие сословия, такие как духовенство, мещанство, купечество и самое многочисленное — крестьянство, говорили на русском, а точнее, на разных его территориальных диалектах и вариантах (городское просторечие, профессиональные жаргоны).

В XVIII веке большинство крестьян были неграмотными, но в XIX веке после реформ Александра II началось быстрое распространение начального образования.

Согласно переписи 1897 года, грамотные (умеющие читать) составляли около 17 % всего сельского населения, при этом среди дворян грамотных было больше 80 %. В целом в Российской империи грамотные составляли примерно пятую часть населения, среди мужчин было около 30 % грамотных, а среди женщин — около 15 %.

Иные народы

Подданных неславянского происхождения в Российской империи называли «инородцами», а украинцев и белорусов считали частью «триединого русского народа». Многие народы в русском языке имели этнонимы, отличающиеся от современных: например, азербайджанцев называли «закавказскими татарами», казахов — «киргиз-кайсаками». Самодийские народы (ненцы, энцы, нганасаны, селькупы) носили обобщенное название «самоеды», а представителей прибалтийско-финских народов (финнов, эстонцев, ингерманландцев и других) называли «чухонцами».

Жители Российского государства говорили на десятках разных языков.

Самой многочисленной группой были восточные славяне, составлявшие около 75 % населения империи по переписи 1897 года.

Охватить всё языковое многообразие Российской империи крайне сложно. Наиболее крупная языковая семья — индоевропейская. На славянских языках говорили русские, украинцы, белорусы, поляки, болгары, на балтийских — литовцы и латыши, на германских — немцы, шведы, евреи¹, на романских — молдаване и румыны, на иранских — осетины, таджики, курды, таты. Кроме того, к индоевропейским языкам относятся армянский, цыганский и греческий.

Другая большая семья языков — алтайская, в нее входят тюркские, монгольские и тунгусо-маньчжурские языки. Уральская семья представлена языками финно-угорской и самодийской групп.

Коренные народы Кавказа говорили на картвельских (грузинский, лазский), нахско-дагестанских и абхазо-адыгских языках.

На Дальнем Востоке и на Севере жили носители языков других семей: чукотско-камчатской, эскимосско-алеутской, енисейской. Встречались и изолированные языки — нивхский и юкагирский.

На местных языках общались в семье, торговали, пели песни и рассказывали сказки; они также использовались в таких сферах, как религия, образование и пресса.

Например, мусульманские народы в религиозных школах и во время проповеди в мечетях использовали национальные языки, а для чтения Корана и совершения намаза — исключительно арабский. Похожая ситуация сложилась и у буддийских народов (бурят, калмыков, тувинцев): проповеди и бытовое общение верующих происходило на национальных языках, а сакральным языком выступал классический тибетский.

В прибалтийских землях выпускали прессу на немецком (Rigasche Rundschau), латышском (Latviešu Avīzes) и эстонском (Tallinna Teataja) языках, в Польше — на польском (Gazeta Warszawska и многие другие), в Финляндии — на финском и шведском (Helsingin Sanomat), были также грузинские, армянские, татарские и другие газеты.

Государственный интерес

Языковая политика Российской империи не была последовательной. При Петре она еще не сложилась: национальные меньшинства вызывали у императора скорее любопытство. А вот Екатерина II заинтересовалась языками своих подданных всерьез и даже велела русскому ученому-энциклопедисту и путешественнику немецкого происхождения Петру Симону Палласу собрать материал по всем языкам и наречиям. В целом в XVIII веке власти были еще терпимы к языковому разнообразию.

Влияние государственных решений на судьбу родных языковЭксперты обсуждают принятую Концепцию языковой политики и ждут результатов ее реализацииЕдинственным официальным языком государства был русский, но в некоторых регионах он имел ограниченную функциональность. Это касалось Прибалтики, Царства Польского и Великого княжества Финляндского. В Эстляндской, Лифляндской и Курляндской губерниях долгое время доминировал немецкий язык, а литовский, латышский и эстонский языки не получали развития. Более того, было запрещено употреблять эти языки в школе: на провинившегося ученика могли повесить позорную табличку с надписью lettish gesprochen ‘говорил по-латышски’².

В Великом княжестве Финляндском главным языком был шведский, а финский уравняли с ним по статусу только в 1863 году. В Царстве Польском до восстания 1830–1831 годов польский был главным языком управления, дело- и судопроизводства. При этом преподавать польский язык и литературу за пределами Царства Польского не разрешалось.

В Тифлисском благородном училище, которое было открыто после присоединения Грузии к России, обучение проходило на русском языке, а армянский, грузинский и азербайджанский языки изучались как предметы. Примечательно, что изучать кавказские языки были обязаны и русские учащиеся.

Активная русификация в Российской империи началась при Александре II.

Власть считала латиницу инструментом влияния католической церкви, поэтому в 1859 году появился циркуляр Главного управления цензуры, запрещающий печатать украинскую литературу латинским алфавитом. Эти ограничения затронули и печать на белорусском языке.

Валуевский циркуляр (1863) и Эмсский указ (1876) были направлены на ограничение использования украинского языка. Циркуляр запрещал печатать на «малороссийском наречии» учебную, религиозную и научную литературу, но допускал издание художественных произведений. Указ был более жестким: не разрешалось ввозить любые книги на украинском языке из-за границы, преподавать на этом языке и использовать его в театральных постановках. Запреты были связаны с тем, что царское правительство опасалось развития национальных сепаратистских движений. В Бессарабии с 1873 года было запрещено преподавание молдавского языка.

Русификация Прибалтики произошла в последние десятилетия XIX века, при Александре III: русский стал обязательным языком преподавания во всех учебных заведениях, а немецкое делопроизводство повсеместно вытеснялось русским. Такие же ограничения ввел уже Николай II в 1900 году в отношении финского Сената, но позже законопроекты разрешили составлять на трех языках — русском, финском и шведском.

В конце XIX века получить среднее и высшее образование было возможно только на русском языке.

Единственное исключение — Финляндия, при этом начальные школы часто были двуязычны. В ряде мусульманских регионов русский так и не стал неотъемлемой частью образования: в Туркестанском крае муллы противились изучению русского языка.

Для всех православных вне зависимости от этнической принадлежности было обязательным изучение церковнославянского языка; крестьяне изучали его главным образом по Часослову и Псалтири.

«Говорим по-русски!»: три рассказа о церковнославянском языкеПостную Триодь исправили тайно, чтобы избежать нового церковного расколаПосле первой русской революции 1905 года все формальные ограничения на функционирование языков в Российской империи были сняты. Многие партии в Думе (кадеты, эсеры, большевики, национальные группы) выступали за языковые свободы для всех жителей империи, в то время как монархические и националистические партии («Союз русского народа», «Русское собрание», «Русский народный союз имени Михаила Архангела») настаивали на едином для всех официальном языке — русском.

Миссионеры и просветители

В Российской империи Православное миссионерское общество и связанные с ним ученые занимались разработкой алфавитов на кириллице для иноязычных народов. Целью было распространение среди них христианства, а для этого требовалось переводить Священное Писание и богослужебные тексты на бесписьменные языки.

Святитель Иоанн Вениаминов (митрополит Иннокентий) создал первую письменность для алеутов, архимандрит Макарий (Глухарев) — для алтайцев, а Иван Яковлев разработал чувашский алфавит. Возникла письменность для коми-зырянского и коми-пермяцкого языков, карельского, мансийского, горного и лугового марийского, мордовского, удмуртского, чувашского, якутского и языков Северного Кавказа.

Многие языки впервые обрели грамматические описания, например: осетинский, абхазский, чеченский, марийский, якутский.

В 1863 году Николай Иванович Ильминский основал Казанскую крещено-татарскую школу. В ней первоначальное обучение велось на родных языках, а позже ученики переходили на русский. Инициатором создания светских школ на крымско-татарском языке в Крыму был Исмаил Гаспринский — первая из них открылась в 1884 году в Бахчисарае.

Просветитель Ибрай Алтынсарин открыл национальные школы на казахском языке: первая появилась в 1864 году в Тургае, в 1880-е сеть расширилась, а в 1887 году в Иргизе открылась первая школа для девочек-казашек.

Имперское правительство неоднократно меняло свою языковую политику: то было лояльно к языкам национальных меньшинств, то настаивало на укреплении позиций русского языка. Что касается деятельности ученых, педагогов и просветителей, то они, несомненно, внесли существенный вклад в развитие языков народов России.