Глагол восторгнуться находим в «Словаре Академии Российской», изданном в 1806 году. Упоминает это слово и другое лексикографическое издание — «Словарь церковно-славянского и русского языка», опубликованный в 1847 году. Глагол представлен в академическом «Словаре русского языка XVIII века» (Ленинград, 1988). Очевидно, что глагол принадлежит лексической системе русского языка. Использовать ли его, в каких случаях и с какими целями — это вопросы, на которые автор отвечает самостоятельно.
При необходимости истолковать статьи федерального закона (в частности, Трудового кодекса) следует обращаться к специалистам, обладающим познаниями в соответствующей области права. Именно специалистам в области трудового права следует адресовать вопросы о том, какой смысл вложен в статьи Трудового кодекса и в их фрагменты, какими критериями руководствовались законодатели, выбирая те или иные грамматические формы терминов. Ответы справочной службы русского языка на вопросы № 323060, 323821, 324909, как и другие ответы, содержат только лингвистические сведения.
Если действие происходит в настоящем, а героиня рассказывает о прошлом, то следует выбрать тот вариант, который будет правильно ее характеризовать.
Так, если она говорит по-старому, значит, она привязана к тому времени и не переучилась называть город на новый лад, а может быть, и не знает, что название изменилось. Если героиня говорит по-новому, скорее всего, она следит за событиями, погружена в современность, а не в прошлое. Так что выбор зависит от того, какими чертами вы хотите наделить персонажа.
Норма современного употребления — су́деб. Однако в этой форме ударение падает на последний слог в устойчивом выражении волею суде́б (ср. также устойчивое выражение какими судьба́ми?). Это объясняется тем, что в прошлом ударение в формах множественного числа слова судьба могло падать на окончание или на последний слог перед нулевым окончанием, чему множество примеров в художественной литературе XIX века. Ср., например, у А. С. Пушкина: И всюду страсти роковые, // И от суде́б защиты нет.
Слово диссонанс самодостаточное, если можно так выразиться. Сочетающиеся с ним слова — это весьма ограниченная группа, именно поэтому в толковых словарях русского языка и не найти примеров, показывающих употребление этого интересного слова с зависимыми существительными. В современной речи встречаются обороты типа диссонанс между именем новым и старым, диссонанс формы и содержания, что свидетельствует об изменениях в употреблении обсуждаемого слова. Тем не менее стоит с вниманием отнестись к тому, как и с какими словами сочетать диссонанс, чтобы не внести... диссонанс в текст.
Мы сейчас, судя по всему, наблюдаем интересный (и динамичный) процесс осмысления понятия «канал», относящегося к разновидности массмедийного интернет-ресурса. «Канал» всё более отчетливо воспринимается как средство массовой коммуникации, медиаресурс. Важно и то, каким представляется интернет-ресурс в его самом общем, категориальном виде, например как объемное пространство, в котором что-либо находится, происходит и в которое можно войти. На выбор предлога в может влиять и то, какими техническими средствами и приемами работы с ними пользуется человек при обращении к интернет-ресурсу.
Попробуем дополнить ответ, используя транскрипцию всех примеров.
В русском языке действуют фонетические законы. В области вокализма это прежде всего аканье ― произнесение О в безударной позиции как [а]. В результате в словах может возникать сочетание двух гласных [а], включающее как сочетание двух безударных звуков [а] (ѝноаге́нт – [инаагэѐнт], кѝноактёр – [кѝнаакт’о́р], баоба́б – [бааба́п], цѐнтроархи́в – [цѐнтраархи́ф] и т. п.), так и сочетание ударного и безударного [аа́] (соа́втор ― [саа́втор], коа́ла ― [каа́ла] и т. п.).
Эти примеры показывают, что сочетание двух звуков [а] внутри слова (внутреннее зияние) нормативно для русского языка и нет никаких факторов (например, место ударения, способ образования слов и проч.), ограничивающих его использование. Нормативно и сочетание других гласных при внутреннем зиянии, ср.: радиоузел, пунктуационный, аудиоанестезия
Неблагозвучные сочетания гласных звуков возникают в речи обычно при соединении слов (внешнем зиянии), таких сочетаний желательно избегать.
Лингвисты изучают и фиксируют норму в словарях и грамматиках, рассматривая при этом язык как живую, саморазвивающуюся систему, на которую невозможно влиять. Поэтому мы не можем посоветовать, какую-либо инстанцию, способную изменять словообразовательные модели и произносительные нормы.
До орфографической реформы 1917–1918 годов слово могло, по давно установившейся традиции, оканчиваться или гласной буквой, или твердым знаком (он назывался «ер»), или мягким знаком (он назывался «ерь»). Много столетий назад буквы «ер» и «ерь» тоже обозначали особые (очень короткие) гласные звуки, но эти звуки давно исчезли из нашего языка.
Происхождение традиции писать «ер» и «ерь» на конце слов можно объяснить следующим образом. При письме без пробелов между словами «ер» и «ерь» показывали границу слова, т. е., даже перестав обозначать гласные звуки, эти буквы выполняли очень важную функцию — указывать на конец слова. Привычка видеть эти буквы в конце слова оказалась так сильна, что они остались и после того, как стало обычным разделять слова пробелами.
Осколок этой традиции сохранился и в современном русском языке — в виде написания ь на конце слов после шипящих: мышь, ночь, рожь, стричь. Никаких разумных причин писать ь в этой позиции нет, такое написание просто дань традиции (его тоже предполагали отменить реформой 1917–1918 годов и оставили в самый последний момент).
Ваша знакомая права: при приветствии в русском языке традиционно употребляется именительный падеж («Доброе утро!», «Добрый вечер!», а не «Доброго утра!», «Доброго вечера!»). Родительный падеж («Спокойной ночи!», «Всего доброго!») используется при прощании, а не при приветствии. Поэтому правильно говорить «Добрый день!».
См. также ответ на вопрос № 256612.
