В этом предложении прилагательное обозначает непринадлежность к какому-либо разряду предметов, в данном случае к китайским производителям техники, что является аргументом в пользу слитного написания: единственный некитайский производитель техники. Сравним примеры из пункта 2 параграфа 148 полного академического справочника «Правила русской орфографии и пунктуации» под ред. В. В. Лопатина: неакадемические институты, непищевые добавки, невоенные отрасли.

Как и Сенека — обстоятельство образа действия к глаголу подвергался в этом простом предложении. В ином случае иным должен был быть порядок слов, например: Изучавший, как и Сенека, философию в юности, Гельвидий не раз подвергался изгнанию. 

В приведенном предложении составное именное сказуемое не является доказательством, в котором не является — связка, доказательством — именная часть.

Сочетание в начальной школе определяет конкретное время действия, задаёт его хронологические границы. Это способствует актуализации глагольных признаков в слове изучаемые и не позволяет говорить о переходе причастия в прилагательное. Тем самым раздельное написание с не в данном случае следует признать правомерным.

Сочетание не боюсь образует отдельное предложение, которое можно оформить как вставку: Я могу ответить (не боюсь) на критику; Я могу ответить — не боюсь — на критику.

Формально грамматический центр — нет (отрицательная форма настоящего времени глагола быть). Предложение — безличное. Этим можно и ограничиться, если речь идет об освоении школьной программы.

Если же выйти за ее рамки, то придется учесть, что перед нами отрицательно-безличная модификация утвердительного предложения: его мы и получим «вновь», если изымем отрицание (Есть сомнения в опасности этого человека). При этом, как видим, предложение оказывается двусоставным, сомнения — подлежащее. В отрицательно-безличной модификации оно принимает форму родительного падежа и превращается как бы в дополнение (но именно как бы!), однако без него предложение окажется бессмысленным, потому что, если мы его опустим, придется опустить и всё остальное, поскольку оно зависит от сущ. сомнения. Останется только Нет, которое явным образом не эквивалентно по смыслу тому, с чего мы начали.

Вывод: если формально-школьный ответ — нет, то неформальный ответ — нет сомнений, в котором нет — главный член безличного предложения, а сомнений — «разжалованное» подлежащее. В лингвистике в последние примерно 40–50 лет в подобных случаях говорят также о «неканонических подлежащих».

В ответах нет противоречия. Фамилия Дубина оканчивается на -а с предшествующей согласной (н). Имя Миа оканчивается на -а с предшествующей гласной (и). Это имеет принципиальное значение.

Проект нового свода правил русского правописания, работа над которым велась Орфографической комиссией РАН десять лет назад, утвержден не был. В настоящее время официально действующими по-прежнему являются «Правила русской орфографии и пунктуации», принятые в 1956 году.

Ваша знакомая права: при приветствии в русском языке традиционно употребляется именительный падеж («Доброе утро!», «Добрый вечер!», а не «Доброго утра!», «Доброго вечера!»). Родительный падеж («Спокойной ночи!», «Всего доброго!») используется при прощании, а не при приветствии. Поэтому правильно говорить «Добрый день!».

См. также ответ на вопрос № 256612.

Вопрос касается части имени поэта, которая в русском языке воспринимается как фамилия. По правилам мужские и женские фамилии на -и не склоняются. Поэтому верно: поэту Рудаки, рубаи Рудаки.

Тот факт, что Рудаки также является географическим названием, в данном случае роли не играет.