Можно опереться на «Орфоэпический словарь русского языка как государственного», где указан только один вариант — эмпа́тия.

При транслитерации финских имен собственых ä и ää передаются через э в начале слова, а в остальных случаях — через я. Корректно: Мяття.

Строго говоря, корректен только вариант пищеблок на базе государственного бюджетного образовательного учреждения „Средняя общеобразовательная школа №…“. При отсутствии такого выделения кавычками логично склонять обе части наименования: пищеблок на базе государственного бюджетного образовательного учреждения средней общеобразовательной школы №…; пищеблок на базе ГБОУ школы №…

Правила постановки знаков препинания при вводных словах, стоящих в начале обособленного оборота, который расположен в конце предложения, и относящихся к этому обособленному обороту, требуют более определенных формулировок, о чем см. статью С. В. Друговейко-Должанской «О корректировке правил пунктуационного оформления вводных конструкций (тире перед вводными словами и словосочетаниями)» (#ТОТСБОРНИК: Сборник научных трудов по материалам Тотального диктанта. Новосибирск, 2017. Вып. 2. С. 132–145). В приведенном Вами предложении наиболее уместна, с учетом пояснительного характера обособленного оборота, такая постановка знаков: Поэтому то, о чём он пишет далее, он узнал от коллег — очевидно, по сарафанному радио или непосредственно от Василия.

При такой постановке знаков в предложении возникает сочетание самое интересное архитектурное сооружение усадьбы и регулярный парк, у которого устанавливаются отношения тождества с сочетанием дворец и грот. Едва ли всё это соответствует авторскому замыслу. Самым простым решением будет использование вставной конструкции, относящейся к одному из компонентов однородного ряда, в котором нужно оставить только один союз и: На обзорной экскурсии можно посетить дворец, грот (самое интересное архитектурное сооружение усадьбы) и регулярный парк.

В справочниках рекомендации на этот счет нам не встречались, однако полагаем, что лаконичные указания типа Были разведаны месторождения Первое, Второе, Третье (Якутия), Четвертое и Пятое (Магаданская область) едва ли вызовут недоумение читателей.

Здесь всё дело в обстоятельстве времени.

Если его нет, то событие, описываемое предложением, по умолчанию воспринимается как однократное, и тогда работает разница в значении видовых форм: Андрей принес учебник = ‘принес, и теперь учебник находится здесь, это состояние сохраняется’, Андрей приносил учебник = ‘принес, но затем унес, состояние присутствия учебника не сохранено’. В этом случае частное значение формы несовершенного вида (Андрей приносил учебник) — общефактическое.

Если же обстоятельство присутствует, оно модифицирует значение формы несовершенного вида. В частности, если это обстоятельство типа каждую неделю, то частновидовое значение — неоднократное: действие повторялось несколько раз (конкретно в этом примере — неограниченно-кратное значение). При этом оттенок смысла, связанный с сохранением или несохранением состояния ‘предмет находится у того, кому его принесли’, зависит от природы предмета. Если речь идет о цветах (и о любом другом подарке или расходуемом продукте, материале), то по умолчанию понятно, что это состояние сохранялось: Каждую неделю Мирон приносил Наталье цветы / картошку / крупу / конфеты и т. д. Если же речь идет о другом предмете, то, конечно, приносивший предмет затем уносил его: На каждый урок Андрей приносил свой учебник.

Корректны варианты: Как будто ты измученным и голодным пришёл в дом, где все живут сыто и богато; Как будто измученный и голодный ты пришёл в дом, где все живут сыто и богато.

Не обособляются определения при личном местоимении:

1) если определение по смыслу связано не только с подлежащим-местоимением, но и со сказуемым: Я сидел погружённый в глубокую задумчивость (П.); Мы расходились довольные своим вечером (Л.); Он выходит из задних комнат уже окончательно расстроенный (Гонч.); Я прихожу к вечеру усталый, голодный (М. Г.); До шалаша мы добежали промокшие насквозь (Пауст.);

2) если определение стоит в форме винительного падежа (такая конструкция, с оттенком устарелости, может быть заменена современной конструкцией с формой творительного падежа): Я нашёл его готового пуститься в дорогу (П.) (ср.: …нашёл готовым…); И потом он видел его лежащего на жёсткой постели в доме бедного соседа (Л.);

3) если определение не согласовано с местоимением в падеже: Я вижу его склонившимся над чертёжной доской — двойная связь: с глаголом-сказуемым вижу склонившимся и с местоимением — согласование в роде и числе;

4) в восклицательных предложениях типа Ах ты глупенький!; О я несчастный!

Увы, это предложение можно толковать двояко.

Действительно, между этими двумя рекомендациями есть некоторое противоречие. Однако обратим внимание, что во второй группе примеров все дефисные конструкции стоят на втором месте, т. е. выполняют функцию определения. В первой группе примеры различаются: студент-медик — альпинист имеет обратный порядок компонентов, а оставшиеся два — такой, как в предыдущей группе. Это может иметь значение, поскольку альпинист здесь является приложением к конструкции с приложением (медик), а это требует паузы при произнесении и постановки знака тире. В остальных случаях, на наш взгляд, тире можно не ставить.

Добавим, что за разъяснениями приведенного Вами правописного решения Вы можете обратиться непосредственно к авторам «Русского правописания с комментариями» (их электронные адреса есть на сайте Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН в разделе «Сотрудники») и всё узнать, так сказать, из первых рук.