Среди приведенных примеров - ни одной первой части сложного слова с конечным -О и -Е (речь не о соединительной гласной, а о гласной в составе основы слова).
В русском языке сложилась устойчивая традиция писать первые части сложных слов, оканчивающиеся на -О и -Е, слитно с последующей частью слова: радиотелефон, киноаппарат, фотокамера, видеопроектор, телеведущий и т. д. Поэтому слитное написание еврозона ни в коей мере не является исключением, оно вполне логично вписывается в современные нормы правописания.
Орфографическая норма сохранять прописную букву в собственных именах, которые используются в нарицательном значении, сложилась в практике письма и закреплена правилами. Слово солнце пишется двояко в зависимости от контекста и значения. Называя словами солнце, солнышко человека, мы пишем строчную букву, это употребление закреплено словарями, и исторически оно связано с тем, что с прописной слово Солнце в астрономических контекстах стали писать довольно поздно, уже в 20 веке, а "человеческое значение" и его орфографическая форма сложились гораздо раньше.
Корректор неправ. Верно: одним миром мазаны. Так говорят о людях с одинаковыми недостатками: один не лучше другого. Выражение образовано от словосочетания мазать миром и восходит к церковным обрядам помазания. В выражении употребляется не слово мир (и не слово мирра 'ароматическая смола'), а слово миро – специально приготовляемое благовонное масло, которым священники смачивают лбы верующих, чтобы благословить их и выделить среди других. Первоначальное значение оборота – 'одной веры'. Слово миро 'благовонное масло' пишется с одной буквой р.
В научной литературе на русском языке глубоко укоренена традиция не отбивать пробелом буквосочетание об. от номера листа: л. 15об. Между тем в правилах библиографического оформления такой способ обозначения номера листа архивного дела не обнаруживается. Напротив, в ГОСТ Р 7.0.5–2008 «Библиографическая ссылка. Общие требования и правила составления» находим среди примеров: Л. 18–19 об. Традиция и норма здесь противоречат друг другу. Автор или редактор решает, что ему ближе.
Слово мы не обозначает множественности говорящих (мы – это не несколько я), а указывает на группу лиц, среди которых находится и говорящий. Слово мы может также употребляться для указания на одно лицо. К такому употреблению мы вместо я как раз и относятся случаи типа мы с тобой (т. е. 'я и ты'), мы с ней (т. е. 'я и она'), мы с Тамарой (т. е. 'я и Тамара'). Подробнее о значениях местоимения мы см. § 1278 «Русской грамматики».
Орфографически правильно: Геннадиевич, Геннадиевна и Геннадьевич, Геннадьевна; Валериевич, Валериевна и Валерьевич, Валерьевна; Виталиевич, Виталиевна и Витальевич, Витальевна; Евгениевич, Евгениевна и Евгеньевич, Евгеньевна. «Более правильных» и «менее правильных» вариантов среди них нет: все написания соответствуют орфографической норме (хотя у всех перечисленных отчеств, кроме Геннадиевич / Геннадьевич, формы с Ь более частотны). Главное, чтобы у конкретного носителя отчества во всех документах написание было единообразным: либо только формы с И, либо только формы с Ь. Это важно с юридической точки зрения.
Ваш интересный вопрос предполагает два необходимых уточнения. Во-первых, речь идет об имени собственном (наименовании товара, торговой марки). Во-вторых, цитируемый фрагмент иллюстрирует лексические и грамматические особенности языка рекламы. В рекламных текстах, как констатируют лингвисты, употребляются синтаксические конструкции, отличающиеся от конструкций, используемых в литературной речи. Среди наблюдаемых особенностей — предпочтение форм именительного падежа при употреблении существительных (не только имен собственных). Та падежная форма составного наименования, к которой подводят Ваши рассуждения, весьма симптоматично не представлена в вопросе (*с ясно солнышком?).
У слова второй отмечено значение «такой, статус которого на одну ступень ниже по сравнению с основным, первым», среди иллюстративных примеров приводится предложение В институте Иван Иванович – второе после директора лицо (см. значение 1.2 у слова второй3 в «Большом универсальном словаре русского языка»). Судя по этим данным, выражение второй после N будет понято как синонимичное сочетанию первый после N. Обособление сочетания после N в этом случае не влияет на смысл высказывания.
В справочнике по пунктуации Д. Э. Розенталя предложения подобной структуры представлены среди эллиптических (сравним пример: Олимпийский огонь — на нашей земле!) — очевидно, с пропущенным глагольным сказуемым со значением местонахождения; сочетание на 80-й строчке в этом случае играет роль обстоятельства. Но возможен и иной синтаксический разбор предложения: сочетание на 80-й строчке — именная часть составного именного сказуемого, выраженная предложно-именным сочетанием (сравним пример: Небо без единого облачка) при нулевой связке быть. На вариативность пунктуации это, впрочем, не влияет.
Фактически оба варианта верны (как правило, если разные словари отдают предпочтение разным вариантам, это означает, что оба варианта соответствуют литературной норме). Можно посоветовать Вам нести с экранов телевизора в массы вариант овен, ибо такое ударение рекомендует большее количество словарей (среди них – специально предназначенные для работников эфира): «Орфоэпический словарь русского языка» под ред. Р. И. Аванесова, «Словарь образцового русского ударения» М. А. Штудинера, словарь-справочник Т. Ф. Ивановой, Т. А. Черкасовой «Русская речь в эфире», «Грамматический словарь русского языка» А. А. Зализняка и др.
