Орфографически правильно: Геннадиевич, Геннадиевна и Геннадьевич, Геннадьевна; Валериевич, Валериевна и Валерьевич, Валерьевна; Виталиевич, Виталиевна и Витальевич, Витальевна; Евгениевич, Евгениевна и Евгеньевич, Евгеньевна. «Более правильных» и «менее правильных» вариантов среди них нет: все написания соответствуют орфографической норме (хотя у всех перечисленных отчеств, кроме Геннадиевич / Геннадьевич, формы с Ь более частотны). Главное, чтобы у конкретного носителя отчества во всех документах написание было единообразным: либо только формы с И, либо только формы с Ь. Это важно с юридической точки зрения.

Слово предстояние есть в русском языке, оно зафиксировано, например, «Русским орфографическим словарем» РАН, «Толково-словообразовательным словарем русского языка» Т. Ф. Ефремовой и др. В словаре Т. Ф. Ефремовой дано такое толкование: предстояние – устар. процесс действия по значению глагола предстоять 'стоять, находиться перед кем-чем-либо' (это значение глагола предстоять тоже сопровождается пометой устар. – устаревшее). Итак, слово предстояние устаревшее и в современном языке малоупотребительное, но тем не менее существующее; его значение: 'нахождение перед чем-либо' – в данном случае, вероятно, перед лицом войны, смерти.

мандат Неба / небесный мандат

Для корректного написания термина из китайской политической философии рекомендуется использовать форму мандат Неба с прописной буквой в слове Неба и строчной в слове мандат. Такой вариант является наиболее распространённым и общепринятым в научной и публицистической литературе по теме. Вариант небесный мандат (оба слова со строчной) также встречается, особенно в более общем, описательном контексте, но он менее точен с точки зрения традиционного понимания концепции и может восприниматься как обычное словосочетание, а не термин.

Слово досочка входит в состав литературного языка. Слово досточка включено в «Словарь русских народных говоров» и, напротив, не включено в толковые словари литературного языка или имеет здесь помету «просторечное», что позволяет оценивать его как характерное для нелитературных форм речи. Исключением, однако, является «Большой универсальный словарь русского языка» под ред. В. В. Морковкина, где слово досточка дано с пометой «разговорное». Полагаем тем не менее, что в литературном языке этого слова следует избегать.

В данном контексте корректно только слитное написание: Ограничение приема записей пользователя может быть осуществлено в связи с нарушением Соглашения о пользовании, также размещенного на официальном сайте и доступного по адресу... Здесь также — синонимичный тоже присоединительный союз, который употребляется для введения в предложение обособленного оборота и указывает на то, что предмет, действие, признак и т. п., названные в нём, сходны, подобны упомянутым ранее предмету, действию, признаку и т. п., а сам оборот имеет характер примечания, пояснения или уточнения.

Вы правы, здесь тот же случай, что и с кубиком Рубика. И тем не менее словари (см., напр., «Русский орфографический словарь» Российской академии наук) фиксируют: кубик Рубика, но: сетка-рабица.  По-видимому, дело здесь в том, что кубик Рубика – сравнительно недавное изобретение (1970-е), в то время как изобретение Рабица относится к XIX в. Иными словами, то, что Рубик – имя изобретателя, мы еще помним, а про изобретателя Рабица уже забыли. Впрочем, надо отметить, что в разговорной речи существует вариант кубик-рубик, возможно, когда-нибудь он будет основным.

Действительно, в информационных заметках встречаются лаконичные обороты типа байопик композитора или байопик певицы. Тем не менее обзор текстов, в которых слово байопик употребляется по отношению к герою фильма, показывает, что преобладают словосочетания с предлогом о: байопик о композиторе, байопик о певице. На наш взгляд, в этом случае значение оборота сохраняет ясность и однозначность, тогда как выражения байопик композитора или байопик певицы оставляют открытым вопрос о создателе фильма. Именно тех, кто снимал байопик, обычно и называют зависимые существительные в форме родительного падежа.

Этот закон обычно называют законом языковой/речевой экономии или законом экономии речевых усилий / языковых средств. Примером его действия могут служить, например, аббревиатуры, эллипсис (опускание ясного по смыслу члена предложения: Я пойду на экзамен сегодня, а моя сестра завтра), субстанцивация прилагательных (например, мастеровой, полицейский, столовая), заимствования, помогающие кратко назвать предмет, явление или действие, которые ранее можно было охарактеризовать лишь описательно (например, лайкать, хайп) и т. п. Разумеется, приведенные Вами примеры тоже свидетельствуют о действии этого закона: чтоб, хоть, прям и т. п.