В слове готовлю действительно корень готовл-. Объяснить это можно так: суффикс -л- практически всегда образует формы прошедшего времени глагола (готовил, ходил, стоял), а готовлю — форма настоящего времени. Исторические чередования бл, вл, мл, пл, фл появились в русском языке в результате сочетаний губных согласных б, в, м, п, ф со звуком j: любить — люблю, ловить — ловлю, ломить — ломлю, лепить — леплю, графить — графлю.
С полными формами причастий отрицание не пишется раздельно в составе конструкций, усиливающих отрицание:
а) со словами вовсе не, отнюдь не, далеко не, ничуть не, нимало не;
б) с отрицательными местоименными словами: нисколько не, никак не, никого не, никому не, никем не, никогда не, никуда не, никакой не, ничего не, ничему не, ничем не и т. п.;
в) с союзом ни… ни.
Согласно известному правилу, «имена прилагательные, образованные от личных имен и фамилий при помощи суффиксов -ск-, -овск- (-евск-), -инск-, пишутся со строчной буквы, напр.: далевский словарь, дарвиновское учение, бетховенская соната, шекспировские трагедии, пришвинская проза, пушкинская гармония, суворовские традиции» (§167 ПАС). Сюда же и бойль-мариоттовский, и гей-люссаковский, и бозе-эйнштейновский, и менделеевский и др. законы, лапласовский детерминизм и проч. Исправим оплошность, спасибо Вам за выявление этой ошибки!
В этом предложении сочетание как обычно тесно связано по смыслу со сказуемым и не является вводным (см. «Справочник по пунктуации»). После этого сочетания, между частями бессоюзного сложного предложения, возможны разные знаки (тире, запятая, двоеточие), но для выражения пояснительных отношений (если вторая часть отвечает на вопрос Что значит «как обычно»?) наиболее уместно двоеточие: Ты не переживай, делай как обычно: с тебя заполнение таблицы.
В академической «Русской грамматике» 1980 г. слово зато, наряду со словами ведь, иначе, поэтому и многими другими, отнесено к «аналогам союзов», которые могут выполнять союзную функцию. В параграфе 1673 читаем: «Многие из таких аналогов широко употребительны в качестве конкретизаторов при семантически недифференцированных союзах: и вдобавок, да еще, а значит, и наоборот, а потому, а следовательно, но зато, но только, или иначе».
При цитировании желательно ставить кавычки независимо от того, на каком языке идет цитата.
Относительно наименований единое правило для всех дать невозможно. Общий подход: если название дается в кириллическом тексте на английском (без транслитерации), то оно пишется так, как в языке-источнике. При этом нужно различать нарицательные понятия, которые пишутся со строчной (напр., helicopter view, soft skills), и наименования компаний, мероприятий и т. п. — с прописной.
При морфемном анализе в слове схожесть, образованном от прилагательного схожий (как и в слове похожесть ← похожий), выделяется корень -хож- (см., например, «Морфемно-орфографический словарь» А. Н. Тихонова).
При синхроническом словообразовательном анализе вопрос о выделении приставок в словах схожий/похожий может быть подвергнут сомнению, так как в современном языке в этих словах утрачены живые семантические связи со словами, связанными с глаголом ходить и производными от него.
Слово розоватый образовано от прилагательного розовый, которое, в свою очередь, образовано от слова роза. Таким образом, видно, что в прилагательном розоватый имеется окончание -ый, корень -роз-, суффикс -ов- (роза → розовый) и суффикс -оват- (с помощью которого образуются прилагательные со значением 'имеющий оттенок цвета'; ср. зеленый → зеленоватый, желтый → желтоватый). При этом наблюдается аппликация (наложение) морфем — суффикса -оват- на суффикс -ов-.
Оба варианта корректны, но в первом случае имя Лидия Михайловна представляет собой приложение поясняющего характера при подлежащем учительница; с коммуникативной точки зрения имя здесь попутное замечание, произносимое со специфической интонацией и в несколько убыстренном темпе. Во втором случае имя Лидия Михайловна играет роль подлежащего, существительное учительница — роль приложения; такой вариант уместен, если автор не ставит перед собой задачу понизить значимость имени в контексте.
Прежде всего отметим, что словосочетание правила русского языка не вполне корректно: о правилах можно говорить применительно не к языку, а к правописанию (правописание и язык – не одно и то же, хотя в школе на уроках русского языка учат главным образом правильному письму, поэтому у многих и создается впечатление, что изучение языка – это изучение правил орфографии и пунктуации). Применительно к языку следует говорить о нормах – в данном случае (если речь идет о роде слова кофе) нормах грамматических. Нормы фиксируются словарями и грамматиками, и фиксация нормы, разумеется, всегда вторична: не «так говорят, потому что так в словаре», а «так в словаре, потому что так говорят».
Главная особенность нормы – ее динамичность. Если в языке ничего не меняется, значит язык мертв. В живом языке постоянно рождаются новые варианты и умирают старые; то, что вчера было недопустимо, сегодня становится возможным, а завтра – единственно верным. И если лингвист видит, что норма меняется, он обязан зафиксировать это изменение. Появление в языке новых вариантов, действительно, приводит (со временем, иногда спустя очень долгое время) к их фиксации в словарях – это не «подгонка правил под ошибки», а объективная фиксация изменившейся нормы; по словам известного лингвиста К. С. Горбачевича, научная деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований». В то же время словари, в которых зафиксированы языковые варианты, должны выполнять нормализаторскую функцию, поэтому в них разработана строгая система помет: какие-то варианты признаются неправильными, какие-то допустимыми, а какие-то – равноправными. И это, пожалуй, самое сложное в работе лингвиста–кодификатора: определить, какие варианты сейчас можно считать допустимыми, а какие – нет. Эта работа, разумеется, всегда вызывала и будет вызывать критику, поскольку язык – это достояние всех его носителей и каждого в отдельности.
Таким образом, фиксация новых вариантов, ранее признававшихся недопустимыми, – это не самоцель для лингвиста, а его обязанность, часть его работы (не случайно В. И. Даль писал: «Составитель словаря не указчик языку, а служитель, раб его»). Вместе с тем лингвист обязан отделить правильное от неправильного, нормативное от ненормативного и дать рекомендации относительно грамотного словоупотребления (т. е. все-таки стать указчиком – для носителей языка). Критериев признания правильности речи, нормативности тех или иных языковых фактов несколько, при этом массовость и регулярность употребления – только один из них. Например, ударение звОнит тоже массово распространено, но нормативным в настоящее время не признается, поскольку такое ударение не отвечает другим критериям, необходимым для признания варианта нормативным. Хотя очень вероятно, что со временем такое ударение и станет допустимым (а через пару столетий, возможно, и единственно верным).
После этого долгого, но необходимого предисловия ответим на Ваш вопрос. Употребление слова кофе как существительного среднего рода сейчас признается допустимым в непринужденной разговорной речи. На письме (а также в строгой, официальной устной речи) слово кофе по-прежнему следует употреблять как существительное мужского рода – такова сейчас литературная норма.
