В разделах, посвященных вводным словам, справочниками регламентируется лишь постановка запятых, в редких случаях — тире. Вместе с тем постановка двоеточия после вводного слова кстати в начале предложения не выглядит ошибкой, поскольку в таких случаях слово играет роль текстовой скрепы и, вообще говоря, может быть оформлено как отдельное предложение, сравним: Кстати! Мне вчера приснился вещий сон!
Словарями это прилагательное не зафиксировано, однако оно не только потенциально возможно, но и встречается в научных и публицистических текстах. Например: Тем примечательнее, что рассматривается это взаимопрорастание на примере одного из самых «культурообразующих» русских поэтов ХХ века [Ольга Гертман. Родство по выбору // «Знание-сила», 2012]; Меньше положительных ответов на вопрос «Считаете ли Вы, что сохранение Православия как культурообразующей традиции исторической России в условиях современности может способствовать укреплению Российской государственности и экономическому процветанию страны?» [Ольга Жукова. Культурно-политический вектор российской модернизации: ценности культуры в системе образования // «Культурологический журнал», 2012].
Сочетание в свою очередь в функции обстоятельства имеет значение «со своей стороны, в ответ, когда наступила очередь» (Например: Я в свою очередь протянул ей руку и на этот раз крепко пожал ее холодные пальчики. И. Тургенев, Ася). В тексте о подобном речь не идёт (как верно замечено, субъекты не полемизируют друг с другом прямо), а значит, сочетание в свою очередь указывает на отношения между высказываниями и является вводным.
В морфемных словарях в слове смирный выделяется корень -мир-, приставка с- и суффикс -н-. См., например «Словарь морфем русского языка» А. И. Кузнецовой и Т. Е. Ефремовой. Основой собственно морфемного анализа является стремление выявить структуру слова путем вычленения узнаваемых морфем.
В словообразовательных словарях, созданных на основе концепции А. Н. Тихонова, граница между приставкой и корнем в слове смирный считается утраченной, так как в современном русском языке толкование этого слова (‘спокойный, тихий, покорный’) не связано напрямую с корнем -мир-, а производящее слово смир (‘мир, покой’) утрачено. Поэтому в словарях, описывающих словообразовательные связи в современном русском языке, это слово считается непроизводным с корнем смирн-.
Название Ростов Великий было придумано в середине XIX века (в древности город называли просто Ростов) и получило распространение благодаря трудам историка-краеведа Андрея Александровича Титова. В работах Титова поначалу использовалось написание Ростов-Великий, однако впоследствии прочно закрепилось написание без дефиса. Можно предполагать, что на это повлияло стремление уподобить это название наименованиям Великий Новгород, Великий Устюг с одновременной синтаксической стилизацией под древнерусский язык, где постпозитивные определения употреблялись гораздо чаще, чем сейчас. Современное написание следует сложившейся традиции. Его правомерно считать исключением из правил дефисного написания топонимов. (Ср. ситуацию с наименованием Струги-Красные: орфографическая норма требует написания через дефис, но в современной практике письма абсолютно преобладает раздельное написание; оно же зафиксировано как официальное.)
Выражение из Библии: «Я полагаю на Сионе камень, камень испытанный, краеугольный, крепко утверждённый». В русский язык выражение пришло из старославянского, первоначальное значение -- «камень, лежащий в основании какой-л. постройки». Как писал шанский в 1985 году, в русских сёлах ещё и сейчас под угол дома кладут большие камни. Выражение заимствовано старославянским языком из древнегреческого, где оно было двусловным термином (от akron «вершина», «край, конец», «граница» и horia «угол») и восходит к строительному термину.
Это выражение встречается в литературе. Обычно оно не требует пояснений, потому что ясно из контекста. Вот несколько примеров:
«Здорово, Степка, ― скажу я. ― Дай пять… (Только не жми, а то у меня руки отекли…) [Л. Кассиль. Кондуит и Швамбрания (1928-1931)]
Ну, старик, помиримся. Дай пять. Не хочешь? Ну и черт с тобой! До свиданья. [В. Катаев. Миллион терзаний (1930)]
Парень вынул из глубоких недр кармана руку и протянул мне. Голую, безоружную руку. ― Дай пять! ― мрачно сказал он. Я дал. ― Ты мой любимый артист! [Р. Нахапетов. Влюбленный (1998)]
Слово оконцовка действительно не зафиксировано нормативными словарями. Однако употребляется оно не только как своего рода гибрид существительных концовка и окончание, но и в значении технического термина ("закрепление концов проводов, в результате чего обеспечивается надёжный электрический контакт и механическая прочность"): Приспособлением 3 пользуются при опрессовке, а 4 — при оконцовке проводов [Короткие корреспонденции // «Техника — молодежи», 1976]. Можно предположить, что языковому сознанию потребовалось дополнительно подчеркнуть в существительном идею полной завершенности, подкрепив значение корня значением приставки о- (образует глаголы со значением распространения действия на весь предмет, на всю поверхность или весь объем), тем более что приставочный глагол окончить вполне нормативен. Ср. появление в ХIХ столетии плеонастического выражения в конечном итоге, в 1990-е годы глагола сподвигнуть вместо нормативного подвигнуть и т. п.
По́зднее слово плотина образовано от др.-рус. слова плотъ ‘ограда, плетень, забор’ (отсюда же слова плотник и оплот ‘ограда’ > ‘твердыня, защита’) и связано с глаголом плести. Происхождение слова плотъ ‘скрепленные бревна для сплава по воде’ окончательно не прояснено: предполагается в том числе его связь с глаголом плыть. Не вполне ясно и происхождение слова плотный. В современном значении это очень по́зднее слово, в древности слово плътьныи имело значение ‘связанный с плотью’. Возможно, современное плотный этимологически связано именно со словом плоть, а не со словом плотъ ‘ограда, плетень, забор’. В современном слове плотина исторический корень плот- уже не выделяется, поэтому нет оснований и для выделения суффикса -ин-.
Прескриптивная лингвистика занимается установлением норм и правил использования языка, ориентируясь на поддержание языкового стандарта. Ее основная цель — обеспечить единообразие и стабильность в языке, что способствует ясности и точности коммуникации. Прескриптивные нормы помогают избежать недоразумений и упрощают обучение языку, особенно его письменной форме. Основными функциями прескриптивной лингвистики являются: 1. Кодификация норм. Установление и закрепление языковых норм в грамматиках, словарях, справочниках по правописанию и других источниках. 2. Образовательная функция. Преподавание правил языка в образовательных учреждениях способствует распространению и пониманию стандартного языка. 3. Социальная функция. Прескриптивные нормы помогают поддерживать взаимопонимание между поколениями и регионами, сохраняя культурное наследие. 4. Регулятивная функция. Она регулирует использование языка в официальной и профессиональной среде, таких как журналистика, юридическая и деловая переписка. Прескриптивная лингвистика способствует консолидации языка и культуры, формированию национальной идентичности и сохранению языкового наследия.
