Если не вдаваться в тонкости, то подлежащее — это, а может быть зайчишка или лиса — однородные сказуемые.

Будем признательны, если Вы укажете на конкретные ответы, в которых мы противоречим сами себе.

Что касается канцеляризмов, то считать, будто бы слова является и данный в любых случаях являются канцеляризмами, — глубокое заблуждение. Оценить их как таковые можно разве что при употреблении в разговорной речи (например: Я являюсь сотрудником портала), да и то оборот в данном случае давно перешел за рамки официального стиля. Канцеляризм — это языковое средство официально-делового стиля при его использовании за пределами деловой сферы общения. Как замечала Нора Галь, страстный борец с канцеляритом, «всё зависит от того, верно ли выбрано слово именно для этого случая». Наши ответы в большинстве своем выдержаны в рамках официального стиля, поэтому наличие в них слов, которые можно назвать маркерами такого стиля, вполне уместно.

Выражения быть завязанным на что-либо в значении 'зависеть от чего-то, что является весьма важным' (например: Мы завязаны на решение руководства), быть завязанным на чем-либо в значении 'иметь что-либо в основе' (например: Сюжет романа завязан на любовной интриге) не зафиксированы известными нам словарями, носят разговорный характер и, насколько можно судить, появились лишь в последние десятилетия. Можем предположить, что предлог на появился здесь, в частности, в противовес предлогу с в давнем выражении завязать с чем-либо 'закончить пользоваться, употреблять что-либо, прекратить что-либо делать, отказаться от чего-либо'.

Ваш вопрос труден, потому что приложение — вообще довольно загадочная вещь. Его трактовка как разновидности определений с теоретической точки зрения не выдерживает критики.

Однозначно можно сказать, что приложение является отдельным членом предложения, когда оно обособлено. В этом случае у приложения особая функция, отличная от функции «определяемого слова». Очень часто дополнительная функция обособленного приложения — выражение причинных отношений (Красавица и умница, Маша всегда привлекала всеобщее внимание).

Что же касается необособленных приложений (которым и посвящен вопрос), то отталкиваться нужно от того, что ключ не в неделимости сочетания, а в однофункциональности приложения и определяемого слова. Мы приехали в город: в город является обстоятельством. Мы приехали в Петербург: в Петербург является обстоятельством. Оба слова прекрасно справляются с функцией обстоятельства. Следовательно, в предложении Мы приехали в город Петербург мы имеем обстоятельство, выраженное словосочетанием с приложением. Это один член предложения. При этом никто не мешает нам указать на то, что один из компонентов распространенного обстоятельства (или другого члена предложения) представляет собой приложение по отношению к другому.

При письменном разборе мы подчеркиваем интересующее нас словосочетание как один член предложения, но надписываем над приложением «приложение» и графически показываем его зависимость от «определяемого слова». При выполнении тестов ОГЭ или ЕГЭ прежде всего анализируем постановку вопроса: предполагается или не предполагается этой постановкой особое выделение приложений.

Примечание: ответ дан с позиций университетского преподавателя. Именно этим объясняется, в частности, то, что словосочетание определяемое слово взято в кавычки: это ирония, так как очень часто невозможно решить, что является определяемым, а что — приложением (это относится и к примерам про Машу и Елену).

Возможно, специалисты по подготовке к ОГЭ/ЕГЭ, методисты и т. д. ответили бы на этот вопрос иначе. Целесообразно проконсультироваться у них.

Подлежащее — количественно-именное словосочетание сколько плоскостей.

Сказуемое — могло быть проведено. По школьной классификации — составное глагольное усложненное. По вузовской классификации — сложное трехчленное (модальная связка могло + формальный инфинитив (бывшая формальная связка) + смысловой компонент — краткое причастие проведено).

Кстати, в термине двусоставное (предложение) буква (и звук) х не используется.