Знак слеш используется в так называемых косолинейных сокращениях, у которых вместо опущенной части словосочетания или сложного слова ставится косая черта (в/с — высший сорт,  Ростов н/Д — Ростов-на-Дону, х/б — хлопчатобумажный).

Выражение произошло зрелище ошибочно с точки зрения лексической сочетаемости.

Суффикс -чк- существует. Это нерегулярная словообразовательная единица, выделяющаяся в имени существительном женского рода со значением предмета, который характеризуется действием, названным мотивирующим глаголом: тяну-ться —> тяну-чк-а. Суффикса -чн- в русском языке не существует. Буквосочетание чн входит в суффиксы прилагательных (тип-ичн-ый, цикл-ичн-ый, масл-ичн-ый и т. п.; карт-очн-ый, юрт-очн-ый, лент-очн-ый и т. п.) и существительных (Иль-иничн-а, Лук-иничн-а и т. п.).

Вы правы, но ведь именно это в статье и написано. Второй абзац начинается словами «Однако в церковной печати на церковнославянском языке...». Из этого явно следует, что речь в данном абзаце идет о церковнославянском языке.

Вы имеете  в виду ресурс «Орфографическое комментирование русского словаря»? В качестве проверочных слов здесь нередко даются слова исторически родственные, но в современном русском языке уже не являющиеся однокоренными. Главная задача этого ресурса — объяснить, почему слово пишется именно так, а не иначе. Ответ на этот вопрос часто можно дать, только обратившись к прошлому языка.

Слова снег и снегирь в современном русском языке не являются однокоренными, потому что сейчас между ними нет живой словообразовательной связи: значение слова снегирь нельзя объяснить через значение слова снег (в отличие, например, от слов снегопад, снеговик, снежинка).

Не является ошибкой преднамеренное употребление просторечных языковых единиц (так называемое экспрессивное просторечие): нормалёк, пацан, обалденно, дрыхнуть, примазываться, в том числе просторечно-экспрессивных языковых метафор: ржать — ‘смеяться’, лапы, грабли, клешни — ‘руки’. Многие элементы социального просторечия используются в экспрессивном просторечии как средства передразнивания, языковой игры. Это экспрессивное удлинение звуков в слове: ккааззёл, намеренные отклонения от нормы произношения: где же наш сантэхник?, собачья жисть, словоупотребления: баба — ‘девушка’, ‘жена’, грамматики: тут всего делов-то, я всех победю. Элементы и социального, и экспрессивного просторечия часто используются в художественной литературе как сильное выразительное средство, особенно при речевой характеристике персонажей, в целях языковой игры.

Эти варианты практически равноправны.