Этимология слова кикимора очень интересна. Это существительное образовано путем сложения, от кики + мора. Начнем со второй части. Слово мора общеславянское, во многих славянских языках оно обозначает что-то, связанное с нечистой силой, ночными кошмарами, ср. сербохорватское мора 'домовой', 'кошмар', чешское můra 'злое ночное существо; ночной кошмар' (и 'ночная бабочка'), польское mora, zmora 'призрак, кошмар'. Происхождение слова мора точно не установлено; предполагают, что это старое заимствование из германских диалектов. В таком случае оно родственно немецкому Mahr 'кошмар', второй части английского nightmare 'кошмар, страшный сон' и французского cauchemar, в котором вторая часть -mar – заимствование из германских языков (отсюда, кстати, происходит и русское слово кошмар – это заимствование из французского; получается, что в словах кикимора и кошмар исторически можно выделить один и тот же корень).
Что же касается первой части сложения, то она может быть связана и с кика < кыка 'праздничный головной убор (с рогами) замужней женщины', и с древнерусским кыкати 'подавать голос, кликать; кричать; куковать'. Это вполне соотносится со значением слова кикимора – 'нечистая сила в женском образе'; 'лешачиха'; 'лесной нечистый дух в образе женщины'.
Попытаемся разобраться в синтаксических хитросплетениях сурового хорватского классика :)
Предлагаем такой вариант: Все эти графья Врбны и князья Лихтенштейны, бароны Оттензены и графья Кинские и Чернины танцуют, как будто не переставая, вот уже восемьдесят шестой сезон подряд по венским славянским балам, a рядом с ними, в тени их дворянской чести, появляются сегодня кое-какие новые имена из простонародья: Гаврилович (колбаса, Петриня), Мардешич (сардины, Сплит), баронесса Цувай (Аграм) — дама, кичащаяся баронским титулом того самого аграмского Цувая, который снискал своё дворянство непреходящими заслугами как раз на slavjanskoj и sveslavjanskoj стезе; ведь, когда кто-то производится чужеземной властью в бароны как кровопийца и тиран своего собственного народа, достаточно пройти двум десятилетиям, чтобы потомки такого горе-барона гордились тем, что им сам барон Цувай оставил в наследство столь славное баронство, как цувайское.
Деепричастие не переставая, вообще говоря, может быть обстоятельством образа действия, аналогичным по функции наречию (и не обособляться), но частица как будто наделяет его некоторой самостоятельностью. Предпочтительно слово ведь истолковать как союз и выделить с двух сторон запятыми придаточное с союзом когда, не имеющим коррелята то или тогда.
1. Поясняющие приложения (в приведенном предложении это не сказуемое) нужно выделить парными знаками: Они совершают еще один ритуал — окунание в снег или ныряние в прорубь — или заменяют его обливанием ледяным душем.
2. Тире в неполном предложении, которое является частью сложного, корректно: Если летом парение в сауне больше похоже на расслабляющую спа-процедуру, то зимой — на глубокий прогрев.
3. В эллиптическом предложении (самостоятельно употребляемом предложении с отсутствующим сказуемым) при наличии паузы ставится тире, при отсутствии паузы знак не нужен. Таким образом, верно как с тире после КФУ, так и без него.
4. Предложение содержит минимум два законченных утверждения, каждое из которых необходимо оформить отдельно. Сочетание в свою очередь («в ответ, со своей стороны») в таком контексте некорректно, предлагаем выразить противительные отношения с помощью других средств, например союза но: Так как до 1985 года наблюдались достаточно сильные морозы, в лесу было голодно и холодно, волки старались подходить ближе к жилью человека, при этом они выли на луну. С помощью воя животные общаются между собой и передают друг другу определенную информацию, но люди решили связать такое поведение волков с полнолунием.
В словарях З. А. Потихи и А. Н. Тихонова представлены разные подходы к членению основы слова.
Словарь З. А. Потихи затрагивает проблемы словообразования, но это скорее морфемный словарь: он указывает, из чего состоят слова, а не как они образованы. Словарь опирается на структурный анализ основы слова, при котором выделяются узнаваемые для носителя современного русского языка морфемы.
Словарь А. Н. Тихонова, напротив, фиксирует результаты исключительно словообразовательного анализа на основе смысловых связей между словами в современном русском языке, то есть опирается на реально существующие словообразовательные связи.
Этимологически прилагательные легкий, мягкий, редкий со значением ‘характеризующийся, обладающий тем, что названо производящим существительным’ образованы от существительных при помощи суффикса -к-. Такая словообразовательная модель сохраняется в современном языке (ср.: гул → гулкий, жар и жара → жаркий, вес → веский, пыл → пылкий, низ → низкий и т. п.), что позволяет при морфемном анализе выделить суффикс -к- по аналогии.
При синхроническом словообразовательном анализе возникает вопрос о значении корней ред-, мяг-, лег- в отличие от корней типа гул-, жар- и т. п., рассмотренных выше. Поэтому в словаре А. Н. Тихонова слова легкий, мягкий, редкий считаются непроизводными с корнями редк-, мягк-, легк-.
Запятые не нужны. Не обособляется определительный оборот, стоящий перед определяемым словом.
В этом предложении слово наконец употребляется в значении «в конечном итоге, после всего, напоследок, под конец», а значит, является наречием и не требует постановки запятых.
Корректно: Реализация мероприятий будет проходить в условиях воздействия ряда рисков, с одной стороны осложняющих достижение поставленной цели, с другой – диктующих необходимость еще больших усилий.
В данном случае слово возможно вводное. Запятые нужны: Трамп сообщил, что, возможно, отправится на экономический форум в Давос.
Запятые нужны. Корректно: Направо через шлагбаум, потом прямо, не съезжая с дороги, к точке на карте.
Обособление факультативно (необязательно), решение принимает автор текста.
