№ 235458
Верно ли написание окончания в слове "достаточном" в данном контексте?
Иностранец владеет русским языком на уровне, достаточном для общения в устной и письменной форме в условиях языковой среды.
ответ
Да, верно.
21 января 2008
№ 234712
Здравствуйте! Является ли грамотным словосочетание "языковой курс" в смысле "курс по изучению (иностранного)языка"? Мне кажется "языковой курс" это калька с немецкого или английского и режет слух.
ответ
Считаем сочетание некорректным.
27 декабря 2007
№ 230294
Здравствуйте! Хотелось бы узнать, почему во времена СССР большинство слов имели только одно ударение, а теперь эти же слова приобрели так называемые допустимые значения? Я уже боюсь критиковать людей за то, что они неправильно произносят то или иное слово, т. к. в любой момент кто-нибудь из известного РАН возмёт да и разрешит второе ударение. Я, конечно, понимаю, что язык должен постоянно развиваться, но такими темпами мы скоро дойдёт до времени, когда на любое слово будет по несколько допустимых ударений, а словосочетание «правильное произношение» будет пустым звуком. Спасибо!
ответ
Действительно, за последние годы литературная норма несколько смягчилась. Хотя и во времена СССР у многих слов были равноправные варианты постановки ударения, общая тенденция замечена Вами верно. В последние десятилетия произошла своего рода «демократизация» нормы: многое из того, что раньше запрещалось словарями, теперь стало допустимым, а иногда и предпочтительным. Причин тому несколько.
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
30 сентября 2007
№ 227311
Вопрос по поводу одной странной языковой конструкции. Контекст об умершем человеке. Как правильно написать:
"недолюбил"-"не долюбил"? Видимо, имеется ввиду, что не успел взять от жизни и отдать, в связи с прерванной жизнедеятельностью...
ответ
Правильно слитное написание.
14 августа 2007
№ 221508
Пожалуйста, прокомментируйте следующее утверждение:
Признаком псевдоинтеллигентности является замечание «кофе — он». Обычно так говорят люди, не замечающие настоящих ошибок в речи.
Мужской род бедному напитку достался от устаревших форм «кофий» или «кофей». К примеру, до войны слово «метро» тоже было мужского рода (потому что метрополитен — он), в газетах писали: «наш метро».
В ботанике растение кофе — оно. Мужской род не делает напиток из зерен кофейного дерева более благородным, чем, скажем, напиток из бобов какао.
«Кофе — он» — такая же глупость и архаика, как январское отмечание рождества «по старому стилю».
Кофе должно быть среднего рода.
Источник: http://www.artlebedev.ru/kovodstvo/138/
ответ
"Правильно" или "неправильно" то или иное слово, зависит от его фиксации в словаре. В свою очередь любая словарная фиксация - это решение автора словаря (или авторского коллектива), такое решение всегда основывается на опыте лексикографа, его наблюдениях над языковой действительностью и т. д. Сегодня в некоторых нормативных словарях русского языка содержится указание на возможность использования слова "кофе" как существительного среднего рода - правда, пока что только в разговорной речи. Так что литературный - кодифицированный - язык относится к "кофе среднего рода" с опаской. Мужской род - это, конечно, архаика. Но не всякая архаика - глупость :) Отмечание рождества в январе, как и мужской род существительного "кофе", нам глупостью не кажется.
19 мая 2007
№ 221473
{О, боже! Да это ж Я! Вместе с ЕГЭ'шной анафорой, черт бы ее побрал вместе с интеллектуальными памперсами и их обладателями! Ах, да! Вы же при посещении сайта www.rus-ege.com отказались носить этот причиндал. Извините, это шуточный эксперимент со средствами языковой выразительности...}
Найдите грамматическую ошибку в {...}
ответ
Пока что ошибки не видим :)
17 мая 2007
№ 216340
Цитирую ваш орфографической словарь:
гиперядро [ръя], -а, мн. -ядра, -ядер
лямбда-гиперъядро [ръя], -а, мн. -ядра, -ядер.
Так как же мы всё-таки пишем слово "гипердядро"? По-старому или по языковой логике, согласно которой гипер-уже давно является в русском языке полноправной приставкой, наряду с синонимичными супер- и сверх-?
ответ
Опечатка в электронной версии словаря исправлена, правильно: гиперядро, лямбда-гиперядро. Большое спасибо за замечание!
24 февраля 2007
№ 215461
Здравствуйте,
Как правильно в соответствии с языковой (не речевой) нормой языка: в порте или в порту?
Спасибо, Ирина
ответ
Правильно: в порту.
9 февраля 2007