Здравствуйте! Хотелось бы узнать, почему во времена СССР большинство слов имели только одно ударение, а теперь эти же слова приобрели так называемые допустимые значения? Я уже боюсь критиковать людей за то, что они неправильно произносят то или иное слово, т. к. в любой момент кто-нибудь из известного РАН возмёт да и разрешит второе ударение. Я, конечно, понимаю, что язык должен постоянно развиваться, но такими темпами мы скоро дойдёт до времени, когда на любое слово будет по несколько допустимых ударений, а словосочетание «правильное произношение» будет пустым звуком. Спасибо!
Действительно, за последние годы литературная норма несколько смягчилась. Хотя и во времена СССР у многих слов были равноправные варианты постановки ударения, общая тенденция замечена Вами верно. В последние десятилетия произошла своего рода «демократизация» нормы: многое из того, что раньше запрещалось словарями, теперь стало допустимым, а иногда и предпочтительным. Причин тому несколько.
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
30 сентября 2007
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
Последние ответы справочной службы
Здравствуйте. Часто и в разговорной речи, и даже в СМИ слово "онкология" используется как синоним онкологического заболевания. Но у этого слова есть только одно значение: раздел медицины, изучающий опухоли (включая доброкачественные), что явно следует из "-логия" (от греческого "логос" - учение; "онко" - тяжесть). Таким образом, фразы типа "У него онкология" или "Она борется с онкологией" так же нелепы, как и "У него травматология" или "Она борется с офтальмологией". Однако в ответе на вопрос № 294085 корректно ли выражение "Онкология не приговор!" вы отвечаете "Предложение корректно". Это ошибка или это такой тонкий стеб в адрес автора вопроса, который почти наверняка имел в виду онкологические заболевание, а вы ему отвечаете, что да, онкология (как направление медицины) и в самом деле не приговор, как и стоматология не приговор, да и остальные разделы медицины тоже. И поэтому предложение корректно (мол, каков вопрос, таков и ответ). Или есть какое-то третье объяснение (новые нормы)?
Невозможно игнорировать тот факт, что у слова онкология в современном русском языке появилось новое значение — 'онкологическое заболевание', пусть оно и воспринимается пока как примета разговорной речи. Это значение действительно не зафиксировано пока в нормативных словарях русского языка. Но из этого совершенно не следует, что такое употребление слова онкология ошибочно. Скорее стоит признать, что словари, как это часто бывает, запаздывают с фиксацией нового значения слова.
Страница ответаЗдравствуйте, уважаемые специалисты портала!
Разъясните, пожалуйста, какое написание числа, следующего за повторяющимся тронным именем монарха по правилам русской орфографии предпочтительно, буквенное или цифровое? Александр Третий или Александр III?
Правилами орфографии это не регламентируется, но традиционно порядковое числительное при именовании монарха передается римскими цифрами.
Страница ответаЗдравствуйте! Интересует ударение в словах: порты, портов. Речь идёт о портах для подключения интернета. Благодарю за внимание!
Для слова порт в указанном значении орфоэпическая норма рекомендует постоянное ударение на корне: по́рты, по́ртов.
Страница ответа
