Здравствуйте! Хотелось бы узнать, почему во времена СССР большинство слов имели только одно ударение, а теперь эти же слова приобрели так называемые допустимые значения? Я уже боюсь критиковать людей за то, что они неправильно произносят то или иное слово, т. к. в любой момент кто-нибудь из известного РАН возмёт да и разрешит второе ударение. Я, конечно, понимаю, что язык должен постоянно развиваться, но такими темпами мы скоро дойдёт до времени, когда на любое слово будет по несколько допустимых ударений, а словосочетание «правильное произношение» будет пустым звуком. Спасибо!
Действительно, за последние годы литературная норма несколько смягчилась. Хотя и во времена СССР у многих слов были равноправные варианты постановки ударения, общая тенденция замечена Вами верно. В последние десятилетия произошла своего рода «демократизация» нормы: многое из того, что раньше запрещалось словарями, теперь стало допустимым, а иногда и предпочтительным. Причин тому несколько.
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
30 сентября 2007
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.
Последние ответы справочной службы
Подскажите, пожалуйста, как правильно оформлять прямую речь внутри диалога?
-- Он сказал: "Нам это не нужно".
-- Он сказал, нам это не нужно.
-- Он сказал -- нам это не нужно.
Какой вариант правильный? Допускаю, что:
-- Он сказал, что нам это не нужно.
Но! Мне нужен вариант именно с прямой речью, а не косвенной. Без слова "что". Есть ряд фраз, где оно неуместно, и необходимо понимать, какое оформление будет в этом случае верно.
Спасибо!
Реплика диалога вполне может быть оформлена как конструкция с прямой речью:
— Он сказал: «Нам это не нужно».
Здравствуйте. Мне кажется, что заключенное в скобки тире — лишнее. Если это так, объясните, пожалуйста, почему?
«В литературоведении под этим термином понимается „по-
рождающая модель“ (по А. Ю. Большаковой), которая может
внешне варьироваться, но при этом сохраняет свое смысло-
вое ядро. В культурологии — базовая культурная модель. В социологии это ((—)) социальная роль со всеми присущи-
ми ей поведенческими сценариями и этическими установ-
ками».
Заключенное в скобки тире действительно лишнее, потому что подлежащее выражено указательным местоимением это (сказуемое — социальная роль).
Страница ответаЗдравствуйте. Подскажите, пожалуйста, нужна ли запятая на указанном месте в скобках? Мне всё кажется, что «родом из русского фольклора» звучит как уточнение.
«В.А. Чернышев вывел своеобразную систему координат,
в которую поместил двенадцать типажей, с одной стороны
восходящих к архетипам древности(,) родом из русского
фольклора, с другой — к архетипам юнгианской школы (о
них чуть ниже)».
Несогласованное определение родом из русского фольклора действительно воспринимается как пояснение к согласованному определению восходящих к архетипам древности. При этом нужно изменить порядок слов, поскольку причастие восходящих относится к обеим частям, сопоставляемых с помощью сочетания с одной стороны..., с другой...: В. А. Чернышев вывел своеобразную систему координат, в которую поместил двенадцать типажей, восходящих, с одной стороны, к архетипам древности, родом из русского фольклора, с другой — к архетипам юнгианской школы (о них чуть ниже).
Страница ответа
