Конечно, лучше переформулировать, поскольку такое прилагательное слишком громоздко.

Ничего подобного мы не считаем, тем более что речь идет не о переводе фамилии, а о ее произношении. Она произошла от древнескандинавского личного имени Иварр и действительно может и произноситься, и писаться латиницей по-разному в Ирландии, Шотландии и Уэльсе: McIvor, MacIver, MacIvor, MacCure, MacEure, MacUre и т. д.

В академической «Русской грамматике» интересующий Вас факт зафиксирован следующим образом: «В составе соединений и потому, и поэтому, и вот соположение компонентов строго не фиксировано. В том случае, когда и следует за конкретизатором (конкретизаторами именуются как раз слова вроде потому, поэтому, поскольку они действительно конкретизируют содержание сочинительной связи. — М. Д.) (потому и, вот и, ну и) его союзная функция ослабляется и сближается с функцией усилительной частицы» (т. 2. М., 1980. С. 621).

При этом цитированный фрагмент извлечен из параграфа, посвященного сложносочиненным предложениям с соединительными союзами. Таким образом, бессоюзной связи во втором случае в приведенном примере нет. Это сочинительная связь, союз и остается союзом и в частицу не превращается.

Добавлю, что утверждение о приобретении союзом функции усилительной частицы лично у меня вызывает сомнение. При такой перестановке союза и конкретизатора возникает не столько усилительность, сколько дополнительный оттенок смысла, который — для данного примера — можно сформулировать примерно так: ‘только что названная причина [хочется, чтобы счастье было заслуженным] есть та самая причина, которая объясняет поведение [стараешься быть честным и справедливым], мотивы которого вам так хотелось узнать’. Иными словами, говорящий (пишущий) подчеркивает, что разных объяснений может быть много и что поиск объяснения актуален, находится в фокусе внимания, но верно только приведенное объяснение.

Нет, это не словосочетания, а безличные предложения. Ни полезно, ни нужно в сочетании с инфинитивом не могут быть ничем, кроме слов категории состояния. (В случаях типа Молоко полезно, особенно детям, или Такое объяснение очень нужно и полезно, или Чтение полезно, Учеба нужна эти слова являются краткими прилагательными, и это тоже предложения, но двусоставные. Омонимичных этим словам наречий вообще не существует.) Естественная среда функционирования слов категории состояния — безличные предложения.

Главное, что нужно понять: в случаях Читать полезно, Учиться нужно нет наречия, которое должно обозначать признак действия. Поэтому и словосочетания нет. Вот, скажем, в случае читать быстро, читать тихо мы наблюдаем именно наречия, которые действительно обозначают признак действия по глаголу читать. Поэтому мы можем сказать, что читать быстро = читать быстрым образом, но не можем сказать, что читать полезно = читать полезным образом. Способы читать быстро (или, наоборот, медленно), тихо (или, наоборот, громко) существуют; но не существует способа читать полезным (или неполезным) образом.

Да, самое простое и наиболее общепринятое решение действительно состоит в том, что местоимение Это признаётся подлежащим.

Аргумент против этого решения состоит в том, что одно из обязательных свойств подлежащего — контроль согласовательной формы сказуемого. Местоимение это среднего рода, поэтому, если оно подлежащее, глагол-связка должен также принять форму среднего рода: *Это было такой ночью... Однако мы так не говорим и не пишем, если хотим выразить тот смысл, который подразумевается в исходном предложении.

Возможный выход из этого затруднения: мы можем постулировать, что предложения с местоимением это в И. п. и еще одним существительным в И. п. представляют собой особую разновидность двусоставных предложений именного строя, в которой (из-за использования слова это) требование контроля согласовательной формы сказуемого снимается. Таким образом мы отклоним указанный аргумент. Однако остается неясным, на основании чего делается утверждение о снятии в таких предложениях требования контроля согласовательной формы сказуемого.

Если же все-таки принять названный аргумент во внимание, то возникают новые проблемы. Пусть это не является подлежащим. Тогда роль подлежащего придется отдать существительному ночь? Да, можно решить, что подлежащее ночь, сказуемое была такая. Тогда с признаком контроля согласовательной формы сказуемого всё в порядке, грамматическая основа сомнений не вызывает, но какова синтаксическая роль слова это? Признавать его местоимением в И. п. равносильно тому, чтобы уничтожить наше базовое представление о том, что в одном простом предложении при одном сказуемом не может быть двух разных (не однородных) подлежащих. Признавать его частицей — сомнительное решение, потому что это слово не вносит в предложение никаких оттенков (что частица как раз должна делать) и явным образом указывает на ситуацию в самом общем виде; указание как замена обозначения — это функция местоимения, а не частицы. Похоже на тупик.

Предлагалось такое решение: слово это является указанием на ситуацию в целом, грамматически оно не является членом предложения (так как место подлежащего занято) и представляет собой компонент не предложения, а высказывания, в состав которого входит предложение Ночь была такая... Такой компонент иногда называют топиком. Общую структуру высказывания можно в таком случае представить так:

{Это} {была такая ночь}.

В первых фигурных скобках — топик, во вторых — комментарий (это американский вариант терминологии теории актуального членения высказывания).

Нам более всего импонирует именно это решение (собственно, мы и предлагали его более 20 лет назад), но его существенный недостаток заключается в том, что оно опирается на ряд понятий, которые в школьном курсе русского языка отсутствуют.

Выбирайте то, что вам кажется более предпочтительным...

Слово возможно здесь действительно вводное: Есть вероятность, что ты на самом деле обычный волк. А возможно, даже оборотень (вводное слово в этом предложении образует тесное смысловое единство с союзом а и не отделяется от него запятой).

Основной критерий отнесения слова (сочетания) к вводным — семантика: вводные слова и сочетания выражают разного рода субъективные смыслы, которые исходят от говорящего (реже — от какого-то другого субъекта). Так, слово возможно указывает на степень достоверности сообщения, факта; с его помощью говорящий сигнализирует, что высказывает предположение, а не утверждает что-либо уверенно. Это одно из типичных значений вводных слов и сочетаний. Список таких значений приведен в справочниках, например в примечании к параграфу 91 полного академического справочника «Правила русской орфографии и пунктуации» под ред. В. В. Лопатина.

Указанная запятая может быть поставлена, если сочетание в другую сторону рассматривать как присоединительную конструкцию. Однако вряд ли это сочетание содержит «разъясняющее добавочное сообщение», оно здесь важно, и его отделение запятой действительно неуместно.

В словаре действительно закреплено дефисное написание клиент-сервер — как единое слово, сокращение от полного наименования клиент-серверная архитектура (например: клиент-сервер позволяет...). В случае же сочетания архитектура клиент — сервер мы имеем дело с соединительным тире, которое ставится между словами, сочетание которых обозначает совокупность чего-либо и выполняет определительную функцию при имени существительном: Матч Карпов — Каспаров, система человек — машина, девиз «Архитектура — человек — окружающая среда».

Такое написание действительно ошибочно, поскольку Невский — это не фамилия. Имена и прозвища исторических персонажей следует писать целиком.

Это непростой вопрос. Казалось бы: глагольные фразеологизмы, как и любые фразеологизмы, описываются во фразеологических словарях. Но вот, скажем, принять участие и дать слово имеются во «Фразеологическом словаре русского литературного языка» (в 2 т.) А. И. Федорова (Новосибирск, 1995), но только в устаревших значениях, в которых они сегодня не употребляются. Правда, словосочетания принимать участие, играть роль, одержать победу, дать слово фиксируются во «Фразеологическом словаре современного русского литературного языка» под редакцией А. Н. Тихонова (в 2 т.; М., 2004), авторы которого придерживаются широкого понимания фразеологии, понимая под фразеологизмом любое сочетание слов, имеющее образное значение.

В представлении же большинства лексикографов главный критерий фразеологичности — некомпозициональность значения: смысл фразеологизма невозможно представить как сумму значений (композицию) его компонентов. Во всех четырех приведенных Вами примерах лексическое значение глагола ослаблено, полустерто. Мы не задумываемся, что значит «одержать», когда говорим одержали победу. Мы не представляем себе действия по глаголу дать в буквальном смысле, когда говорим дал слово. Но при этом мы приблизительно понимаем, что победить = одержать победу в том смысле, что победитель как бы берет победу в свои руки, «держит» ее. Дать в случае дал слово используется действительно в значении некоторой передачи кому-то чего-то, только это что-то — не конкретный предмет, а информация.

На этом основании можно говорить, что фразеологичности в этих сочетаниях нет, и называть их или неделимыми глагольными сочетаниями, или аналитическими глаголами.