Остававшееся до недавнего времени нормативным написание Пулицеровская премия (сейчас кодифицировано написание Пулитцеровская премия) отвечает правилам англо-русской практической транскрипции, согласно которым английское буквосочетание tz передается русской буквой ц, ср. Фицджеральд при Fitzgerald. Фамилия Pulitzer также часто передавалась как Пулицер.
Сложные прилагательные с первой частью черн-, образованные на базе словосочетаний с подчинительными отношениями компонентов, обычно не содержат звука [о] (на письме — ё) в первой части: чёрная борода > чернобородый, Чёрное море > черноморский (ср. чёрно-белый, где отношения между компонентами сочинительные).
Наречие по-трезвому пишется через дефис. Раздельно пишется сочетание предлога с прилагательным, ср.: по трезвому размышлению, по трезвому расчету.
Такое употребление (бежать кого-чего) характерно для стихотворной речи XVIII–XIX вв., ср. у А. С. Пушкина: Их горделивые дружины / Бежали северных мечей. Современной норме литературного языка это употребление не соотвествует.
Нарицательные существительные, сохраняющие свое значение, не входят в имя собственное и не пишутся с прописной буквы. Такие сочетания, как витебский душитель, ангарский маньяк и пр., — это образные, публицистические обозначения убийц, а не прозвища в прямом смысле слова, где нарицательные существительные теряют свое значение (ср. Всеволод Большое Гнездо). Кавычки в такого рода условных обозначениях можно считать факультативными.
Чередование ударных звуков [э] и [о] (на письме обозначающихся буквами е и ё), когда [э] стоит перед мягким согласным, а [о] стоит перед твердым, — это не редкость в русском языке. Ср., например: ель ([э] перед мягким), но ёлка ([о] перед твердым), плеть, но плётка, Петька, но Пётр, темень, но тёмный, Савелий, но Савёл, Савёловский вокзал и др. Данное чередование — результат фонетического процесса, который проходил в XIII–XV вв. и привел к тому, что исконное [э], а также [э], возникшее из ь (еря) в результате падения редуцированных, переходило в [о] перед твердым согласным. Звук ять в [о] не переходил, поэтому в современном русском языке обсуждаемое чередование отсутствует в тех позициях, где был ять, ср. медь (др.-рус. мѣдь) и медный (не мёдный). Процесс перехода [э] в [о] осложнялся различными дополнительными факторами, в силу чего его результаты в современном русском языке отражены непоследовательно. К примеру, принадлежность слова к церковной сфере употребления препятствовало такому переходу, ср. день, подённый, но церковнославянское денно и нощно. Слово можжевеловый кодифицировано в двух равноправных произносительных вариантах: можжеве́ловый и можжевёловый.
Правило также гласит, что перед буквами, передающими мягкие согласные, ь пишется только в тех случаях, когда в других формах того же слова или в однокоренных словах второй мягкий согласный становится твердым, а первый согласный сохраняет мягкость, напр.: возьми (ср. возьму), ведьме (ср. ведьма).
В слове осьминог представлен корень, который с исторической точки зрения полностью выглядит так: восем/восьм/осьм — восемь, восьмой, осьмушка, осьминог (различие в огласовке однокоренных осьм- и восьм- обусловлено тем, что в древнерусском языке перед ударным начальным о появлялся согласный в, а в старославянском языке слог оставался неприкрытым, в результате появляются пары осьмушка — восьмушка, отчий — вотчина, также после приставки на гласный: острый — навострить).
Таким образом, наличие слов осьмушка, восьмой, в которых второй согласный — [м] — становится твердым, а первый согласный — [c'] — сохраняет мягкость, убеждает, что в слове осьминог мягкий знак пишется в соответствии с правилом.
Прилагательное дубовый в своем первом значении относительное, наречие от него не образуется. У слова дубовый есть переносное разговорное значение ‘грубый, топорный, тяжеловесный’. От прилагательного в этом значении наречие возможно, ср. пример из языка прессы: Про связь политики и античной литературы писали и в советские времена, но очень дубово. Но подобное употребление вряд ли может быть предметом изучения в 4-м классе.
Древнерусские слова подьяконъ, подьякъ, подьячии восходят к греч. ὑποδιάκονος (ср. иподьякон), где содержится приставка ὑπο- ‘под’, и образованы путем отсечения начального и. Названные слова встречались в прошлом и в народно-этимологическом написании типа поддьяк, поддьякон.
Такое употребление распространено в разговорной речи (ср. разговорное в возрасте), где его можно счесть допустимым. Но строгой лексической норме оно не соответствует. В нормативных словарях слово возрастной определяется как ‘относящийся к определенному возрасту; определяемый по возрасту’.
