Использовать можно. Но нужно еще, чтобы смысл был.

Краткое прилагательное пишется так же, как и полное, в данном случае - слитно, т. к. нет никаких оснований для раздельного написания: неизвестный - неизвестна.

Это слово может быть написано буквами русского алфавита, может склоняться. Но, конечно, в специальных текстах следует предпочесть написание на языке-источнике. Корректно: уроки "Фотошопа", уроки по "Фотошопу".

В данном случае вполне допустимо считать союз и повторяющимся. В частях я плюну на все и мы уйдем представлена последовательность ситуаций, к которой совершенно естественно может быть добавлена еще одна ситуация.

Действительно, запятая перед союзом и в заголовках, построенных по такой модели, не ставится: Самые ужасные начальники и как себя с ними вести. См. также 311144.

Сергей, спасибо за добрые слова! 

Согласно справочнику Д. Э. Розенталя «Управление в русском языке», предпочтительно: свидетельствовать о чём-либо. Вариант свидетельствовать что-либо устаревший.

Для обособления слова такой, вводящего прямую речь в устном рассказе, в соседстве с глаголом речи или в самостоятельном употреблении, нет оснований: И эта женщина такая говорит: «Ты меня не помнишь?»; И он такой: «Я ничего не делал?»; И я такой про себя: «Пфф».

Перенос класс-ный – это устаревшая норма. Раньше при переносе требовалось учитывать границы между морфемами, стоящими за корнем. Но эта норма не удержалась. Одна из причин – объективные трудности морфемного членения закорневой части слова. Сейчас для слов типа классный, программный нужно применять такое правило. 

Разбиваются переносом удвоенные согласные, входящие в корень или образующие стык корня и суффикса, напр.: жуж‑жать, мас‑са, кон‑ный, весен‑ний, рус‑ский. Не допускаются переносы: жу‑жжать, ма‑сса, ко‑нный, весе‑нний, ру‑сский или русс‑кий.

Однако после приставок удвоенные согласные при переносе могут не разбиваться; возможны, напр., переносы со‑жжённый, по‑ссориться и сож‑жённый, пос‑сориться.

В этом сочетании не нарушены никакие нормы русского литературного языка. Подобный оборот можно встретить в текстах Ф. Достоевского, В. Катаева, А. Сахарова и др. Ср.: Мне казалось, что мысль о подорожной и лошадях (хотя бы и с колокольчиком) должна была представляться ему слишком простою и прозаичною; напротив, пилигримство, хотя бы и с зонтиком, гораздо более красивым и мстительно-любовным (Ф. Достоевский. Бесы); Его раздражал их дешевый цинизм, дешевый потому, что зубоскалить было легче легкого, он умел это получше их, однако жизнь, он убедился, гораздо более сложный процесс; сначала ее воспринимаешь по законам арифметики, а потом… (Д. Гранин. Иду на грозу).

Если -то — частица, верно дефисное написание: А вокруг огни, огни — окна, фонари, мерцание рекламных пробежек над крышами домов… габариты, фары, пламенные вспышки стоп-сигналов… и низкое, густое, розоватое небо… Обычно-то его не замечаешь. А ведь стоит задрать голову — и вот оно. Низкое, тяжелое. Но все-таки есть. Все-таки есть небо [Андрей Волос. Недвижимость (2000) // «Новый Мир», 2001].

Если то — местоимение, оно пишется по общему правилу отдельно от другого слова: Надо же, обычно то, что покупает ей мать, и надевать-то стыдно, а тут в кои-то веки… [Мария Галина. Добро пожаловать в нашу прекрасную страну! (2013)].