Действительно, за последние годы литературная норма несколько смягчилась. Хотя и во времена СССР у многих слов были равноправные варианты постановки ударения, общая тенденция замечена Вами верно. В последние десятилетия произошла своего рода «демократизация» нормы: многое из того, что раньше запрещалось словарями, теперь стало допустимым, а иногда и предпочтительным. Причин тому несколько.
Во-первых, орфоэпические словари прежде были ориентированы не только на широкий круг носителей языка, но и (и даже в первую очередь) на дикторов радио и телевидения, в речи которых не должно было быть никакого разнобоя. Поэтому варианты в большинстве случаев не указывались; двоякое ударение в словах приводилось только тогда, когда при всем желании невозможно было отдать предпочтение одному из вариантов. Сейчас же многие словари стремятся отразить динамику литературной нормы, поэтому иногда в них приводятся как допустимые и такие варианты, которые еще не являются эстетически приемлемыми для всех носителей языка (например, дОговор, нет носок), но, несомненно, станут таковыми в будущем.
Во-вторых, изменилось отношение лексикографов к вариантности нормы. Вот, например, цитата из предисловия к орфоэпическому словарю русского языка 1959 года издания: «Наличие колебаний (вариантов) часто нарушает правильность речи и тем самым понижает доходчивость ее. Это особенно нетерпимо для различных форм устной публичной речи». Сейчас такая нетерпимость прошла; по мнению многих лингвистов, лексикографическая деятельность не должна сводиться «ни к искусственному консервированию пережитков языка, ни к бескомпромиссному запрещению языковых новообразований» (К. С. Горбачевич).
Наконец, перемены в языке наступили вслед за переменами в общественно-политической жизни. Сейчас пришло понимание того, что следование норме включает в себя и умение выбирать соответственно ситуации речевого общения. Другими словами, наряду с однозначными правилами норма предполагает и возможность выбора. Это различие очень удачно сформулировал Б. С. Шварцкопф (в статье о кавычках) как различие между правилом и правом. Право на выбор (в том числе и выбор варианта языковой единицы) и признание права другого носителя языка на иной выбор – это важнейшая составляющая речевого общения.

Это устойчивое выражение, которое давно употребляется в русском языке как приветствие-пожелание тому, кто ест. Как и у многих устойчивых выражений, его значение не выводится как сумма значений входящих в него слов. См. также ответ № 224428.

Склонять фамилию Скалиа нет оснований.

Запятая поставлена правильно. Странно звучит сочетание "инструктаж по выполнению инструкции".

Норма современного русского литературного языка – два дня. Форма два дни – след двойственного числа, существовавшего в древнерусском языке (особые окончания двойственного числа подчеркивали, что речь идет о двух предметах).

Сложно дать точный ответ, не зная контекста. Но вне контекста сочетание единственный правильный (в творительном падеже — единственным правильным) корректно и широко употребляется.

Основному правилу соответствует такой вариант: Хочешь верь, хочешь нет — это твоё право, при этом допускается постановка запятой и тире как единого знака: Хочешь верь, хочешь нет, — это твоё право. 

Тире в предложении Хочешь — верь, хочешь — нет возможно. Однако в составе всего приведенного Вами предложения такую пунктуацию следует признать неудачной, так как предложение с тремя тире будет плохо восприниматься.

Верно: количество товаров ограниченно. Подробнее см. в ответе 276867.

Язык меняется. Не все слова, использовавшиеся в XVIII веке, употребимы сегодня. В состав современного русского литературного языка слово докоснуться не входит. 

Запятая после причастного оборота не требуется.