На Ваш вопрос отвечает Ирина Владимировна Фуфаева, кандидат филологических наук, автор книги «Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция» (М., 2020).
Феминитив педагогичка возник после появления в Санкт-Петербурге в 1859 году первых педагогических женских курсов при Мариинской гимназии. Затем такие курсы появились и при других гимназиях. Педагогичками стали называть девушек, которые там обучались. Феминитив был образован от прилагательного педагогический с суффиксом -к(а), а не от существительного педагог, отличался от него по смыслу и был непарным.
В переписке И. А. Гончарова с великим князем Константином Константиновичем в 1889–1890 годах встречаются номинации, видимо, одной и той же девушки: бывшая педагогичка, воспитанница Женских Педагогических курсов, бывшая слушательница Педагогических курсов, ср: Недавно я имел маленькое сведение о Вашем Высочестве от воспитанницы Женских Педагогических курсов, где Вы… удостоили присутствием их классы. Кстати о воспитанницах. Одна из них, именно Трейгут находится на 3м курсе» [И. А. Гончаров. Письма великому князю Константину Константиновичу (1889)]; Я знаю, что вам трудно писать, но может быть барышня Трейгут, бывшая слушательница Педагогических курсов, с ваших слов напишет несколько строк для нашего успокоения [Константин Константинович (К. Р.). Письмо И. А. Гончарову (1890)]; ― В добавок дети ее, девочки, в том числе и бывшая педагогичка, уехали на какой-то вечер в Коломенскую Гимназию [И. А. Гончаров. Письма великому князю Константину Константиновичу (1890)].
При этом, поскольку выпускниц курсов тоже называли педагогичками и они работали педагогами (учительницами и гувернантками), слово естественным образом сблизилось с существительным педагог. Далее существительное стало употребляться как феминитив к слову педагог, хотя первое значение у него сохранялось и в раннесоветское время.
1. Союз. То же, что «однако, все же, тем не менее».
Мало-помалу присоединяются к их обществу все, окончившие довольно важные домашние занятия, как то: поговорившие с своим доктором о погоде и о небольшом прыщике, вскочившем на носу, узнавшие о здоровье лошадей и детей своих, впрочем показывающих большие дарования, прочитавшие афишу и важную статью в газетах о приезжающих и отъезжающих, наконец выпивших чашку кофию и чаю... Н. Гоголь, Невский проспект.
2. Вводное слово, указывающее на то, что автор переходит к другой мысли или, высказывая свою мысль, испытывает нерешительность, сомнение. Как правило, вводное слово можно изъять из состава предложения.
Акакий Акакиевич начал было отговариваться, но все стали говорить, что неучтиво, что просто стыд и срам, и он уж никак не мог отказаться. Впрочем, ему потом сделалось приятно, когда вспомнил, что он будет иметь чрез то случай пройтись даже и ввечеру в новой шинели. Н. Гоголь, Шинель. «Я всей душой желал быть тем, чем вы хотели бы, чтоб я был; но я ни в ком никогда не находил помощи... Впрочем, я сам прежде всего виноват во всем. Помогите мне, научите меня и, может быть, я буду...» – Пьер не мог говорить дальше; он засопел носом и отвернулся. Л. Толстой, Война и мир. Сегодня был председатель домкома, разбирал жалобу на собаку. Победил Бим. Впрочем, гость мой судил как Соломон. Самородок! Г. Троепольский, Белый Бим Черное ухо.
В большинстве случаев слово «впрочем», расположенное в начале предложения, выполняет функцию вводного слова и отделяется запятой от последующих слов. Слово «впрочем», расположенное на стыке двух частей сложного предложения, обычно выступает в роли союза.
Никаких отклонений от норм в этом предложении не наблюдается. Количество деепричастных оборотов нормой не регламентируется, оно ограничено только здравым смыслом: если перегрузить предложение, скажем, десятком деепричастных оборотов, оно будет плохо восприниматься или вообще не будет восприниматься. Но это относится не только к деепричастным оборотам.
Единственное, к чему можно (при очень большом желании) придраться, — это вид второго деепричастия. Сказуемое в предложении выражено глаголом несовершенного вида (обозначается длительный процесс), а оба деепричастия — совершенного вида. Первое из них воспринимается как обозначение действия, предшествовавшего основному (сначала затаил дыхание, затем наблюдает). Второе, поскольку оно тоже совершенного вида, также воспринимается как обозначение предшествовавшего действия: отметил и наблюдает. Но в таком случае не вполне логично то, что оно находится после основного сказуемого: должно бы тоже предшествовать. Позиция второго деепричастия объясняется тем, что ему подчинено изъяснительное придаточное, в котором заключен смысл, ради выражения которого в значительной мере написано и все предложение. Если переместить деепричастие вместе с придаточным в позицию слева от основного сказуемого, предложение станет читаться значительно хуже, а акцент на смысле придаточного пропадет. А оторвать придаточное от деепричастия не получится.
Раз второе деепричастие должно находиться все-таки справа от основного сказуемого. ближе к концу главной части, оно должно было бы обозначать действие, происходящее одновременно с основным; но в таком случае оно должно было бы иметь несовершенный вид (ср. с другим глаголом: ...наблюдал за серым зайчиком, удивляясь про себя тому, что даже зверек...). Однако удивляться можно продолжительное время, а отмечать про себя (что-то одно, и без значения повтора) — нет. В итоге автор предложения остановился на данном варианте — по-видимому, проигнорировав получившуюся шероховатость.
При синхроническом словообразовательном анализе в соответствии с концепцией А. Н. Тихонова слово рыбалка рассматривается как пример чресступенчатого словообразования: в слове выделяется комплексный формант -л/к-, включающий два суффикса, первый из которых (-л-) связан с пропущенной в современном языке ступенью словообразования, а второй (-к-) является суффиксом отглагольных существительных, совмещающих в своем значении присущее производящему глаголу значение действия или состояния со значением существительного как части речи (ср.: плавка ← плавить, бомбежка ← бомбить, чистка ← чистить и т. п.).
В результате словообразовательная цепочка для слова рыбалка в двухтомном «Словообразовательном словаре» А. Н. Тихонова выглядит следующим образом: рыб-а → рыб-ак → рыб-ач-и-ть (чередование к//ч в суффиксе) → рыб-а-л-к-а. Суффикс -а- возникает за счет усечения производящей основы рыб-ач-, суффикс -л- презентует пропущенную ступень словообразования (неиспользованная промежуточная производящая основа рыбал-), а суффикс -к- является продуктивным суффиксом отглагольных существительных. Такой словообразовательный анализ является достаточно спорным и искусственным, поскольку глагол рыбалить, от которого исторически образовано слово рыбалка, хотя и фиксируется большинством современных словарей, однако при наличии стилистических помет рассматривается как просторечный, устаревший или диалектный.
При морфемном анализе устанавливается системный состав слова с учетом всех значимых и вычленяемых элементов с опорой на исторические сведения, доступные для понимания носителям современного языка. Поэтому в собственно морфемных словах в глаголе рыбалить (← рыба) и существительном рыбалка (← рыбалить) выделяется суффикс -ал- (см. «Словарь морфем русского языка» А. И. Кузнецовой и Т. Е. Ефремовой). В современном русском языке этот суффикс непродуктивен. Исторически он выделяется и в других словах, например: в печаль, исконное значение которого ‘то, что жжёт (печёт)’, и в глаголе печалить.
При синхроническом словообразовательном анализе в соответствии с концепцией А. Н. Тихонова слово рыбалка рассматривается как пример чресступенчатого словообразования: в слове выделяется комплексный формант -л/к-, включающий два суффикса, первый из которых (-л-) связан с пропущенной в современном языке ступенью словообразования, а второй (-к-) является суффиксом отглагольных существительных, совмещающих в своем значении присущее производящему глаголу значение действия или состояния со значением существительного как части речи (ср.: плавка ← плавить, бомбежка ← бомбить, чистка ← чистить и т. п.).
В результате словообразовательная цепочка для слова рыбалка в двухтомном «Словообразовательном словаре» А. Н. Тихонова выглядит следующим образом: рыб-а → рыб-ак → рыб-ач-и-ть (чередование к//ч в суффиксе) → рыб-а-л-к-а. Суффикс -а- возникает за счет усечения производящей основы рыб-ач-, суффикс -л- презентует пропущенную ступень словообразования (неиспользованная промежуточная производящая основа рыбал-), а суффикс -к- является продуктивным суффиксом отглагольных существительных. Такой словообразовательный анализ является достаточно спорным и искусственным, поскольку глагол рыбалить, от которого исторически образовано слово рыбалка, хотя и фиксируется большинством современных словарей, однако при наличии стилистических помет рассматривается как просторечный, устаревший или диалектный.
При морфемном анализе устанавливается системный состав слова с учетом всех значимых и вычленяемых элементов с опорой на исторические сведения, доступные для понимания носителям современного языка. Поэтому в собственно морфемных словах в глаголе рыбалить (← рыба) и существительном рыбалка (← рыбалить) выделяется суффикс -ал- (см. «Словарь морфем русского языка» А. И. Кузнецовой и Т. Е. Ефремовой). В современном русском языке этот суффикс непродуктивен. Исторически он выделяется и в других словах, например: в печаль, исконное значение которого ‘то, что жжёт (печёт)’, и в глаголе печалить.
Указанные Вами вопросы про разные ситуации. Возможно: в 1990-х гг. (= в 1990-х годах) или в 1990-е гг. (= в 1990-е годы). От стиля речи выбор варианта не зависит.
Слово благодарный употреблено правильно. См. словарную фиксацию.
По правилам двоеточие не требуется.
