Конечный -чь в инфинитивах глаголов типа беречь восходит к сочетаниям звуков [к-т’], [г-т’] на стыке основы и суффикса инфинитива. Исходный конечный заднеязычный согласный сохраняется в основе настоящего времени, ср.: берег-ут, жг-ут, ляг-ут, пек-ут и т. п.
Современная морфемная структура таких инфинитивов не имеет однозначной трактовки. Конечное -чь можно рассматривать и как еще один показатель формы инфинитива, и как конечный согласный корня (инфинитив в этом случае выражается нулевым показателем). В нем можно также видеть пример совмещения (наложения) морфов. При таком понимании -чь является не только суффиксом инфинитива, но и конечным согласным корня. Последнее решение, соответствующее реальному историческому процессу, который привел к появлению данных форм инфинитива, представляется наиболее корректным.
В «Большом академическом словаре русского языка» (Т. 4. СПб.; М., 2006. С. 38) формы множественного числа от слова галька характеризуются как устаревшие, ср.: «Белоснежным кварцевым песком и разноцветными гальками усыпаны отлогие берега речек...» (П. И. Мельников-Печерский).
Открываем «Орфоэпический словарь русского языка: Произношение, ударение, грамматические формы» под ред. Р. И. Аванесова (2-е изд., М., 1985). Читаем:
«кровь, -и, предл.2 в, на крови́».
То, что здесь написано, означает: во всех падежных формах ударение остается на основе (которая здесь совпадает с корнем) и только в «предложном-втором», то есть в локативном значении, с предлогами в и на ударение переходит на окончание. То же самое читаем и в статье о слове грязь.
Вывод: для правильного ответа на вопрос, где должно стоять ударение, надо понять, локативное или объектное значение имеет форма предложного падежа.
«В крови горит огонь желанья» — вопрос где?, локативное значение, ударение на окончании.
В твоей крови заключаются причины всех твоих болезней — вопрос в чем?, значение объектное, ударение на основе.
Всё дело в (той) грязи, которую льют на него сплетники — то же.
Локативное или объектное значение имеет форма предложного падежа — решается путем постановки смыслового вопроса.
Да, самое простое и наиболее общепринятое решение действительно состоит в том, что местоимение Это признаётся подлежащим.
Аргумент против этого решения состоит в том, что одно из обязательных свойств подлежащего — контроль согласовательной формы сказуемого. Местоимение это среднего рода, поэтому, если оно подлежащее, глагол-связка должен также принять форму среднего рода: *Это было такой ночью... Однако мы так не говорим и не пишем, если хотим выразить тот смысл, который подразумевается в исходном предложении.
Возможный выход из этого затруднения: мы можем постулировать, что предложения с местоимением это в И. п. и еще одним существительным в И. п. представляют собой особую разновидность двусоставных предложений именного строя, в которой (из-за использования слова это) требование контроля согласовательной формы сказуемого снимается. Таким образом мы отклоним указанный аргумент. Однако остается неясным, на основании чего делается утверждение о снятии в таких предложениях требования контроля согласовательной формы сказуемого.
Если же все-таки принять названный аргумент во внимание, то возникают новые проблемы. Пусть это не является подлежащим. Тогда роль подлежащего придется отдать существительному ночь? Да, можно решить, что подлежащее ночь, сказуемое была такая. Тогда с признаком контроля согласовательной формы сказуемого всё в порядке, грамматическая основа сомнений не вызывает, но какова синтаксическая роль слова это? Признавать его местоимением в И. п. равносильно тому, чтобы уничтожить наше базовое представление о том, что в одном простом предложении при одном сказуемом не может быть двух разных (не однородных) подлежащих. Признавать его частицей — сомнительное решение, потому что это слово не вносит в предложение никаких оттенков (что частица как раз должна делать) и явным образом указывает на ситуацию в самом общем виде; указание как замена обозначения — это функция местоимения, а не частицы. Похоже на тупик.
Предлагалось такое решение: слово это является указанием на ситуацию в целом, грамматически оно не является членом предложения (так как место подлежащего занято) и представляет собой компонент не предложения, а высказывания, в состав которого входит предложение Ночь была такая... Такой компонент иногда называют топиком. Общую структуру высказывания можно в таком случае представить так:
{Это} {была такая ночь}.
В первых фигурных скобках — топик, во вторых — комментарий (это американский вариант терминологии теории актуального членения высказывания).
Нам более всего импонирует именно это решение (собственно, мы и предлагали его более 20 лет назад), но его существенный недостаток заключается в том, что оно опирается на ряд понятий, которые в школьном курсе русского языка отсутствуют.
Выбирайте то, что вам кажется более предпочтительным...
Верны оба варианта.
Верно, род у местоимения кто и его производных как будто не определяется, если пытаться определить его морфологически, по окончанию. Однако в прошедшем времени глагол при местоимении кто ставится в форме мужского рода (даже если речь заведомо идет о лице женского пола, ср.: Кто вышел замуж?), при местоимении что — среднего рода. Так же ведут себя и прилагательные (ср. у Блока: ...Недвижный кто-то, черный кто-то / Людей считает в тишине; или Что-то слышится родное в долгих песнях ямщика). Это означает, что у этих местоимений род определяется синтагматически, через согласование. Строго говоря, и у обычных существительных самый надежный способ определить род тоже синтагматический: вне словосочетаний новое пальто, крепкий кофе род входящих в них существительных определить невозможно.
Таким образом, у местоимения кто-то, о котором идет речь в вопросе, имеется постоянный морфологический признак — мужской род.
Что же касается падежа притяжательных местоимений 3-го л., которых в русском языке, строго говоря, нет и вместо которых используются застывшие формы косвенного падежа соответствующих личных местоимений, то их падеж определяется по условному согласованию с существительным:
в его книге — в своей книге: в обоих случаях предложный падеж;
из его книги — из своей книги: в обоих случаях родительный падеж
и т. д.
Тот факт, что в случаях вида в его книге имеет место условное согласование и подразумевается тот же падеж, что и при явном согласовании (в своей книге), подтверждается просторечным обходом литературной нормы, который заключается в образовании отвергаемых нормой форм типа в евонной книге (ср. у Чехова: «а она взяла селедку и ейной мордой начала меня в харю тыкать»).
Аналогичное условное согласование имеет место и у несклоняемых существительных: в новом пальто — предложный падеж.
Глагол дозировать, как и многие другие глаголы на -ировать, считается двувидовым, поскольку может употребляться и как глагол совершенного вида, и как глагол несовершенного вида. Значение вида определяется по контексту: Необходимо тщательно дозировать лекарства (НСВ) — Провизор полностью дозировал всю группу лекарств (СВ).
Начало и начинать — однокоренные слова. Существительное начало образовано при помощи суффикса -л- от формы совершенного вида нача-ть.
Спасибо Вам за внимательность, ошибку в метасловаре исправим.
В русском языке есть слова, у которых не образуются некоторые формы (слова с дефектной парадигмой). При этом у других похожих слов аналогичные формы могут быть образованы. Например, у глагола победить нет формы 1-го л. ед. ч. будущего времени, а у глагола повредить — есть (поврежу).
