Тире между подлежащим и сказуемым-существительным в случае, если подлежащее выражено личным местоимением, не ставится; первое тире в предложении допустимо, но всё же каноническим знаком при отношениях пояснения или логического обоснования в бессоюзном сложном предложении (что наблюдается в данном случае) является двоеточие: Похоже, что меня ждёт не лучшее будущее: меня уже списали со счётов, словно я бесполезная вещь.

Для передачи внезапного перерыва в речи, изменения плавного хода мысли и т. д. запятая редко подходит. В Вашем случае самопоправку можно оформить как вставку: Хочу купить себе тетрадь большую — или лучше дневник, — для того чтобы...

В данном случае вводное сочетание самое главное, образующее единство с союзом а, отделено от последующей части предложения с помощью тире. Такая постановка знаков препинания не регламентирована справочниками, однако не противоречит принципам русской пунктуации, и ее невозможно назвать ошибочной. Обратите внимание, что первую часть союза не только... но и... нужно поместить перед первым сказуемым: Оно не только станет лучше, но и вернет свою изначальную прочность...

Ваш вариант правки оптимальный.

Конечно, Вы правы. Огромное число носителей языка убеждены, что названия типа Строгино, Останкино, Алтуфьево не склоняются, но это не так. Подробнее см. здесь.

Нужно только одно тире — между подлежащим и сказуемым в первой части сложноподчиненного предложения: Если ваш ответ — «Да, я не хочу терять свою силу, потому что тогда я теряю безопасность», то сила становится вашей потребностью.

У частей сложного предложения, связанных союзом и, общее обстоятельство потом.

Серебряком, как сообщает «Словарь русских народных говоров» (СПб., 2003), могут называть серебряных дел мастера, соду, степную колючую траву, но не серебряную монету. Золотник тоже не служит обозначением монеты.

Вы спрашиваете о синтаксическом разборе, поэтому аргументы из области того, что говорящий имеет в виду, недействительны. Говорящий своим ответом в самом деле сообщает о том, где кот, но делает это косвенным образом, полагая, что слушающий поймет: раз кот ест — значит, он на кухне у своей миски. Но это вывод слушающего из того, что сказано, и подменять собой члены предложения подобный вывод не может. Безусловно, ест — сказуемое.

Кстати, подобная экономия речевых усилий может быть и небезобидна. Если участники диалога находятся в некооперативных отношениях, то ответная реплика «Ест» может ввести собеседника в заблуждение: тот может подумать, что кот мирно ест из своей миски свой сухой корм, а на самом деле кот может доедать котлету, которую он утащил со сковородки собеседника (я с подобными разбойниками знаком, и о таких котах великолепно писал Паустовский). Последствия недоговоренности в таком случае могут быть весьма неприятны.