Верно, эти сочетания не являются плеонастичными.
Запятая возможна, если автор имеет в виду значение причины.
После числительных двадцать (тридцать, сорок и т. д.) два, двадцать три, двадцать четыре, если эти числительные стоят в форме именительного или винительного падежа, невозможно употребить слово сутки. Эти числительные требуют после себя форму родительного падежа единственного числа, а слово сутки форм единственного числа не имеет. Поэтому, если стоит задача соблюсти грамматическую правильность, необходимо перестраивать фразу (как, например, это сделано в заданном вопросе) или менять падеж числительного на родительный, дательный, творительный или предложный: время работы равно тридцати четырем суткам, работа продолжается в течение тридцати четырех суток и т. п.
Поскольку речь идет о вымышленных государствах, о мирах, созданных воображением писателя, окончательное решение об орфографическом оформлении таких названий следует оставить за автором текста. В его представлении это «официальные» названия государств или образные (ср.: Страна утренней свежести, Страна кленового листа)? От ответа на этот вопрос будет зависеть написание названия.
Это сочетание может употребляться с глаголом слушать как обстоятельство образа действия (=внимательно), и в этом случае оно не обособляется, например: Мальчишки деревенские появлялись в сумерках у костра с наворованной картошкой за пазухой и до ночи просиживали, слушали навострив уши, не хуже Степки, тем более что рассказы деда Васи чаще всего для ребят были самые неподходящие. [Федор Кнорре. Каменный венок (1973)] — здесь сочетание ведет себя подобно фразеологизмам (бежать) сломя голову или (работать) засучив рукава. Но в большинстве случаев сочетание употребляется в контекстах, где речь идет о животных, и сохраняет глагольное значение, например: Поросята, навострив уши, стали сбегаться к девочке, мальчишки, изловчившись, хватали их за ноги и водворяли обратно в корзины и ящики. [А. И. Мусатов. Зелёный шум (1963)]
В контекстах, где речь идет о людях, сочетание тоже может сохранять глагольное значение, называя некое внутреннее усилие; в этом случае оно часто бывает однородно с другим деепричастным оборотом, также обозначающим внутреннее состояние: Рынды князя, стражники на валах, вратари в бойницах замерли, навострив уши и ожидая, чего станут говорить князья. [Алексей Иванов. Сердце Пармы (2000)]; Оказавшись наконец у стены, он на секунду замер, навострив уши и прислушиваясь то ли к часовому на вышке, то ли к своему колотящемуся сердцу, а потом рванул что было сил туда, откуда доносился веселый гомон. [Андрей Геласимов. Степные боги (2008)].
В данном случае следовало бы употребить существительное возгорание, образованное от глагола возгореться "загореться, воспламениться". Иначе неизбежно возникает путаница с существительным, образованным от глагола загорать: К обеду с пруда возвращается внук, истомленный долгим загоранием и купанием [Александр Титов. Путники в ночи // «Волга», 2008].
Наличие обособленного определения между подлежащим и сказуемым не отменяет необходимость или возможность постановки тире. В приведенном же примере имеется слово это, что предполагает обязательную постановку этого знака: Шрам, оставшийся у него на плече, — это единственное напоминание о той ночи!
Глагол трапезничать включен в нормативные словари современного русского языка:
Большой толковый словарь русского языка
ТРАПЕ́ЗНИЧАТЬ, -аю, -аешь; нсв. Есть, принимать пищу (в монастыре). / Шутл. Гости трапезничали до поздней ночи. Трапезничали всегда на веранде.
Есть он и в словарях трудностей — с указанием на место ударения:
Словарь трудностей русского языка
трапе́зничать, -аю, -аешь
трапе́зничать, трапе́зничаю, трапе́зничаешь
В конце этикетных фраз обычно ставится восклицательный знак: Спокойной ночи! Здравствуйте! Спасибо! Впрочем, точка вместо восклицательного знака также не будет ошибкой.
Обычно в конце формул пожелания ставится восклицательный знак, поскольку они часто произносятся с соответствующей интонацией: Спокойной ночи! Приятного аппетита! Если автор текста хочет показать, что фраза была произнесена с интонацией повествовательного предложения, он может поставить вместо восклицательного знака точку.
