При подлежащих, указывающих на неопределенное множество, глагол, как правило, ставится в форму ед. числа. Ср.: В МГУ работает свыше пяти тысяч преподавателей.

Верно: 50 000 швейцарцев запретили. Обратите внимание, что при такой форме записи читатель может подумать, что числительное стоит в именительном, а не дательном падеже и 50 000 швейцарцев является подлежащим, а не дополнением. Поэтому рекомендуем перестроить предложение или написать: 50 тысячам швейцарцев запретили...

В деловых письмах обычно используется форма первого лица множественного числа (сообщаем). Подробнее см. в "Письмовнике".

Из Вашего очень длинного и эмоционального письма, кажется, можно сделать такой вывод: Вы считаете, что лингвисты, вместо того чтобы установить простые и понятные правила, намеренно усложняют их, подстраивая под капризы классиков, из-за чего в нашем языке плодятся десятки и сотни исключений, правильно? Попробуем прокомментировать эту точку зрения.

Во-первых, русский язык действительно живой – а как без этого тезиса? Если бы мы создавали язык как искусственную конструкцию, у нас были бы единые правила произношения и написания, мы бы аккуратно распределили слова по грамматическим категориям без всяких исключений и отклонений... Но русский язык не искусственная модель, и многие странные на первый взгляд правила, многие исключения обусловлены его многовековой историей. Почему, например, мы пишем жи и ши с буквой и? Потому что когда-то звуки ж и ш были мягкими. Они давно отвердели, а написание осталось. Написание, которое можно объяснить только традицией. И такие традиционные написания характерны не только для русского, но и для других мировых языков. Недаром про тот же английский язык (который «не подстраивают под каждый пук Фицджеральда или Брэдбери») есть шутка: «пишется Манчестер, а читается Ливерпуль».

Во-вторых, нормы русского письма (особенно нормы пунктуации) как раз и складывались под пером писателей-классиков, ведь первый (и единственный) общеобязательный свод правил русского правописания появился у нас только в 1956 году. Поэтому справочники по правописанию, конечно, основываются на примерах из русской классической литературы и литературы XX века. Но с Вашим тезисом «все справочники по языку – это не своды правил, а своды наблюдений» сложно согласиться. Русская лингвистическая традиция как раз в большей степени прескриптивна, чем дескриптивна (т. е. предписывает, а не просто описывает): она обращается к понятиям «правильно» и «неправильно» гораздо чаще, чем, например, западная лингвистика.

В-третьих, лингвисты не занимаются усложнением правил – как раз наоборот. Кодификаторская работа языковедов на протяжении всего XX века была направлена на унификацию, устранение вариантов, именно благодаря ей мы сейчас имеем гораздо меньше вариантов, чем было 100 лет назад. Именно лингвисты, как правило, являются наиболее активными сторонниками внесения изменений в правила правописания  и устранения неоправданных исключений – не ради упрощения правил, а ради того, чтобы наше правописание стало еще более системным и логичным. А вот общество, как правило, активно препятствует любым попыткам изменить нормы и правила.

Следует использовать формы единственного числа: В стране функционирует более 26 000 объектов спортивного назначения, развивается 132 вида спорта.

Правильно: Прибор, украшенный 5 000 кристаллов.

Корректно: оказать помощь 900 000 пациентов.

Если по условиям контекста после однородных членов предложения требуется постановка запятой, то она ставится, а тире или ставится, или опускается. В данном случае мы рекомендуем поставить запятую с тире. Так читателю будет ясно, что 30 000 студентов учатся во всех четырех комплексах, а не в последнем из перечисленных.

На четырех тысячах квадратных метров.

Судя по приведенным Вами ссылкам, "многие современные и старые словари" - это 22-е издание "Толкового словаря русского языка" С. И. Ожегова (и издание 1992 года)?

Но в этом словаре у "похудания" совсем иное значение - "появление худобы" (пример - болезненное похудание), а не "диета". Что оправданно.