Пожалуйста, проконсультируйте. Очень нужно. Судя по всему, слово "скоропостижно/скоропостижный" употребляется в основном в отношении смерти (скорая, неожиданная кончина), о чём говорит и словарь (см. Карту слов). Однако ведь в литературе встречаются и другие значения, которые ближе к просто "неожиданно/быстро/поспешно" (см. Нацкорпус). Так вот, в каких ситуациях возможно употребление слова "скоропостижно/скоропостижный" в его реже встречающемся значении? Имею в виду, считается ли это значение устаревшим или просто редко используемым? И в каких случаях употребление этого слова в значении, не связанном со смертью (или отдалённо связанном), можно считать стилистически оправданным, не будет ли это ошибкой? Могу предположить, что как минимум в юмористическом ключе такое возможно, наподобие: "Его и без того нежеланно рождённое выступление скоропостижно завершилось". ДОПОЛНЕНО "Грамма.ру" согласна, что второе значение допустимо, автор сам решает, как поступить. Традиционно слово "скоропостижный" употребляется в значении "внезапный, неожиданный" по отношению к смерти. Безусловно, встречаются примеры использования этого прилагательного и его производных при описании других ситуаций, как правило в разговорной речи, в публицистических и художественных произведениях; ср. словосочетания: скоропостижная отставка, скоропостижный отказ суда, скоропостижные выводы. Как представляется, в таких случаях авторы учитывают традиционные лексические свойства обсуждаемых слов и употребляют их в игровом ключе, как стилистический прием. Насколько уместна эта языковая игра в конкретном тексте - судить прежде всего самому автору.

Кальсонер и Коротков Автор текста – Михаил Булгаков, повесть «Дьяволиада» (1923). В центре событий - два героя: инфернальный заведующий Кальсонер и гоняющийся за ним делопроизводитель Варфоломей Коротков. Опечатки исключены, проверено по нескольким изданиям. В данном случае это: «Русская мистическая проза» (антология в трёх томах), том третий (М.: «Литература», «Мир книги», 2004). Вот два фрагмента из главы V («Дьявольский фокус», стр. 412), суть вопроса – в выделенных словах: Невыносимый треск машин стоял в воздухе, и виднелась масса голов, - женских и мужских, но Кальсонеровой среди них не было… Далее, через пять абзацев: «Голос тоже привязной», - стукнуло в коротковском черепе. Итак, голова Кальсонерова, но коротковский череп ! Берём справочник по русскому языку (в данном случае - Т.Шклярова, М., «Грамотей», 2004). Раздел «Имя прилагательное», притяжательные имена прилагательные (являются разновидностью относительных и выражают принадлежность чего-либо лицу или животному). Образуются: а) от одушевлённых имён существительных при помощи суффиксов –ОВ-, -ЕВ-, -ИН-, -ЫН-, -ИЙ-. Например: Петр – петров, дядя – дядин, заяц - заячий; б) от фамилий и названий населённых пунктов при помощи суффикса -СК- (-ОВСК-, -ИНСК-, -ЕНСК-). Например: Чехов – чеховский, Саратов – саратовский, Петр – Петровский, Чита - читинский. Правописание притяжательных имён прилагательных: притяжательные прилагательные на -ОВ- (-ЕВ-), -ИН-, образованные от собственных имён, пишутся с заглавной буквы. Например: Сашина игрушка, Егоров портфель. Итак, как видим, Михаил Афанасьевич абсолютно правильно всё употребил. В справочнике тоже – никаких видимых противоречий. Я только никак не могу уловить нюанс, который опущен в справочнике (в идентичных, блин, примерах: Егоров - чеховский!) Почему, всё-таки, Кальсонер – Кальсонеров, но Коротков – коротковский? Дело в суффиксе, что ли?..