К сожалению, в метасловаре встречаются опечатки. Правильные формы повелительного наклонения от глагола есть: ешь, е́шьте.

Это изолированное распространенное обращение. Предложения как такового здесь нет. Колыбель, праматерь и матерь — приложения к обращению, у которых есть еще и свои распространители.

Частица было употреблена корректно, если участникам диалога понятно, что после присылки сообщения произошло еще какое-либо действие (например, удаление сообщения).

Глагол-сказуемое нужно поставить в форму второго лица: Если вы или ваши родители испытываете... В «Справочнике по правописанию, произношению, литературному редактированию» Д. Э. Розенталя, Е. В. Джанджаковой, Н. П. Кабановой указано: «Если среди однородных подлежащих имеются личные местоимения, то при согласовании в лице первому лицу отдается предпочтение перед вторым и третьим, а второму лицу — перед третьим, например: Потом, с позволения Мими, я или Володя отправляемся в карету... (Л. Толстой); И я и ты добьемся своего; И ты и он можете приступить к работе завтра».

Для выражения неожиданного присоединения (внезапного перехода от действий к душевному состоянию) рекомендуется поставить тире: Я сейчас ходил по улицам — и реветь собирался, и проклинал себя… за всё!

В примере нет ошибки, он соответствует правилу. В правиле речь идет о том, что запятая не ставится между да и и следующим союзом или союзным словом, то есть в данном случае между да и и что.

Вопрос непростой. Вообще сочетание со словом голос вполне может использоваться как вводящее прямую речь, как в примере Голос диктора звучал отчетливо: «Передаём последние известия». Наблюдения над материалами Национального корпуса русского языка показывают, что сочетания структуры «чей-либо голос звучал/звучит как-либо» часто именно так и используются, в том числе внутри или после прямой речи, например (приведем фрагменты из текстов разных веков): «Лала, — голос графа звучал еще строже, — малярии на Корфу не бывает» [А. В. Амфитеатров. Жар-цвет (1895)]; «Шепетуха!» — голос Мырлова звучал негромко, но с таким змеиным шипением, что каждое слово сыщика было слышно в самом дальнем уголке квартиры [Н. Дежнев. Год бродячей собаки (2002)].

Вместе с тем нужно заметить, что порядок слов в этом случае нехарактерен для сочетания, вводящего прямую речь: глагол в нем не вынесен в начальную позицию. Закономерно, что в некоторых примерах из корпуса сочетание представлено как комментарий к прямой речи, начинающийся с прописной буквы, сравним: «Алле! Фадя? — Голос жены звучал бодро. — Как дела?» [Д. Н. Каралис. Случай с Евсюковым (1985)]; «Вам, девушка, мотоцикл нужен?» — Голос мальчишки звучал робко и тихо [Е. Романова, Н. Романов. Дамы-козыри (2002)].

Примеры обсуждаемого сочетания с «образцовым» для таких случаев порядком слов в корпусе тоже есть, сравним: «Ты думаешь еще, — звучал в ее ушах голос продавца амулетов, — что все эти твои помощники разрозненны, что нужен человек, который соединил бы их и сделал бы решительный шаг…» [М. Н. Волконский. Брат герцога (1895)]; «Все документы на груз оказались в полном порядке, но акцизные марки на бутылках вызвали подозрение», — звучал за кадром голос комментатора [В. Мясников. Водка (2000)]. В авторских ремарках подобного рода делается акцент на самом факте произнесения слов, тогда как в замечаниях типа голос графа звучал еще строже — на том, ка́к они говорились.

Исходя из порядка слов в авторской ремарке структуры «чей-либо голос звучал/звучит как-либо», рекомендуем всё же начинать ее с прописной буквы, а прямую речь заканчивать вопросительным, восклицательным знаком или многоточием:
— О, привет! — Мой голос звучит немного оживленно. — Как дела?

Верно: Делай, что можешь, с тем, что имеешь, там, где ты есть.

Слово женщин употреблено в обобщенно-собирательном значении. Вводное слово похоже указывает на то, что автор высказывания не уверен полностью в его достоверности, но считает его содержание весьма вероятным.

Это предложение вне контекста может быть понято по-разному, и в зависимости от смысла в нем возможны варианты постановки знаков препинания, например:

• Я думаю, потому, что это позволяет больше их [очевидно, ошибки] не допускать (предложение отвечает на вопрос Почему ты это [действие названо в контексте] делаешь?; я думаю — вводная конструкция, подчеркивающая субъективность говорящего);
• Я думаю, потому что это позволяет больше их не допускать (сложноподчиненное предложение с придаточным причины; главная часть отвечает на вопрос Что ты делаешь?, придаточная — на вопрос Почему ты думаешь?).