Грамматически возможны оба варианта, но они различаются оттенками смысла.
Слово исключительно соотносится по смыслу с сочетанием "являются медработники".
Оба варианта корректны, однако они выражают разные оттенки смысла.
Это предложение вне контекста может быть понято по-разному, и в зависимости от смысла в нем возможны варианты постановки знаков препинания, например:
- Я думаю, потому, что это позволяет больше их [очевидно, ошибки] не допускать (предложение отвечает на вопрос Почему ты это [действие названо в контексте] делаешь?; я думаю — вводная конструкция, подчеркивающая субъективность говорящего);
- Я думаю, потому что это позволяет больше их не допускать (сложноподчиненное предложение с придаточным причины; главная часть отвечает на вопрос Что ты делаешь?, придаточная — на вопрос Почему ты думаешь?).
Запятые нужны, а вместо двоеточия следует поставить тире: И дужка, и ось, и ручка, и ножка – все работало на пределе
Правилен первый вариант — с висячим дефисом.
Верно: На левой стороне дороги находится множество легковых автомобилей и один белый фургон.
В пункте 3 параграфа 2245 академической «Русской грамматики» говорится, что при подлежащих большинство и множество в тех случаях, когда сказуемое предшествует подлежащему, употребляется форма единственного числа сказуемого. Использование такой формы при близких по смыслу однородных подлежащих, связанных союзом и, вполне возможно, сравним примеры из параграфа 190 справочника под ред. Д. Э. Розенталя: На стене висела винтовка и высокая казацкая шапка (Пушкин); В нем [Пушкине], как будто в лексиконе, заключалось всё богатство, сила и гибкость нашего языка (Гоголь); Главной заботой была кухня и обед (Гончаров); И с берега, сквозь шум машины, неслось рокотание и гул (Короленко).
Если Вы хотите, чтобы оборот от Платона до Монтескье был воспринят как поясняющий член предложения, то его нужно обособить, то есть выделить запятыми с двух сторон. Однако запятые можно не ставить. Первый вариант будет означать: У классиков политической мысли, а именно философов от Платона до Монтескье, политическая сфера – лишь часть многопланового универсума; второй вариант: У классиков политической мысли (каких?) от Платона до Монтескье политическая сфера – лишь часть многопланового универсума.
