Нужный смысл следует выразить иначе, например при помощи сочетания слов: связанный с высоким уровнем потерь.
Вариант за водой общеупотребительный и стилистически нейтральный, вариант по воду уместен в народно-поэтической речи.
В приведенных Вами выражениях слово трубка стоит в форме род. падежа ед. числа, которая может употребляться при глаголах с отрицанием (ср.: не имеет права, не производит впечатления). Причины появления этих оборотов раскрывает Е. М. Лазуткина, кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник отдела культуры русской речи Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Она знакома пользователям портала как автор «Словаря грамматической сочетаемости слов русского языка».
По наблюдениям Елены Михайловны, в последние 20 лет употребление родительного объектного падежа вместо винительного объектного носит характер «жаргонной моды». И это относится не только к комплексам с отрицательной частицей.
Выражение не брать трубки неправильно. Оно не находит оправданий ни в «Русской грамматике» 1980 г. (том II, стр. 415-417), ни в книге В. А. Ицковича «Очерки синтаксической нормы» (стр. 37 и след.), ни в «Словаре грамматической правильности русской речи» Л. К. Граудиной, ни в др.
Существительное трубка должно стоять в форме винительного падежа, потому что это существительное предметной семантики. Если бы существительное было отвлеченное или вещественное, тогда можно было бы говорить о вариантах в разных конструкциях. В бытийных предложениях с безличным глаголом (с обратным порядком слов) может употребляться родительный падеж: Трубки на месте не было.
Елена Михайловна приводит и другие интересные примеры.
Стало обыденным выражение Он должен мне денег вместо нормативного Он должен мне деньги. Здесь обнаруживается влияние родительного партитивного или мысленного указания на количество (сколько-то денег, много денег).
Сейчас можно услышать даже в речи людей, владеющих литературной нормой, выражения есть картошки, мяса, каши. Норма: есть картошку, мясо, кашу. Варианты имеет глагол отведать (что и чего).
Вспомните реплику Олега Даля из фильма «Не может быть!»: Прошу не оскорблять моей жены! Сейчас такое выражение ощущается как устаревшее, потому что в современном русском языке есть запрет на употребление при глаголе с отрицанием одушевленных существительных в родительном падеже.
В «Русском орфографическом словаре» не зафиксированы формы колоновидный и колонновидный. Если прилагательное образуется от слова колонна со значением 'имеющий вид колонны', то по правилу его нужно писать с двумя н (ср. колонновожатый, колоннообразный, колонночка). Правило см. здесь. Слово колоновидный может образоваться от латинского kolon 'прямая кишка' (ср.: колоноскопия, колонотерапия). По нашим наблюдениям, о деревьях, стволах, сортах чаще пишут, используя форму колонновидные. Написание с одним н в этом же контексте может возникать под влиянием производных от слова колонна, в которых происходит усечение одного н: колонка, колончатый.
Слово моделинг пока не зафиксировано в нормативных словарях русского языка, поэтому нет «правильного» и «неправильного» ударения. Обычно новые слова, приходя в язык, на первых порах сохраняют ударение языка-источника, а потом, осваиваясь языком, могут изменить место ударения.
В непринужденной разговорной речи со сниженной стилистикой слово портки может употребляться как синоним штанов.
Словарной фиксации нет. Слово это недавно пришло к нам из английского языка; английские заимствования очень часто сначала сохраняют ударение языка-источника, а освоившись в языке, меняют место ударения. Ср.: ноутбук > ноутбук, бобслей > бобслей, маркетинг > маркетинг. Зная эту закономерность, можно говорить о предпочтительности на первых порах ударения шугаринг (слово еще недостаточно освоено русским языком).
