Фамилию главного героя пьесы А. П. Чехова «Чайка» следует произносить как Треплев, с ударением на первый слог.
 

Приведенное Вами предложение — цитата из письма А. П. Чехова. В изданиях, доступных в интернете, запятая в этом предложении не ставится. См., например, здесь. 

Фрагмент первого высказывания корректно оформить так: В парадной мы попрощаемся на жизнь, и такси увезет — черное, как мое мини, — туда, где мне повезет, где я сотру твое имя. Во втором высказывании знаки препинания расставлены и объяснены верно.

Как правило, уточняющие члены предложения выделяются запятыми. Для случаев вариативного употребления запятой и тире можно привести следующие примеры: Оставалось несколько свободных вакансий, а точнее (–,) пять. На площадку классного вагона вышел человек в черной – до ворота застегнутой – гимнастерке.

У А. П. Чехова здесь употребляется множественное число: Если светит солнце и на небе нет облаков, то пение и запах сена чувствуются сильнее... Но и форма единственного числа не будет ошибкой. При однородных подлежащих сказуемое может стоять в форме единственного числа.

Псевдоним – это вымышленное имя, которое человек берет себе сам. А прозвище человеку дают другие люди. Обычно и псевдонимы, и прозвища пишутся с прописной буквы (или, если слов несколько, пишется с прописной буквы только первое слово: Человек без селезенки, Брат моего брата – псевдонимы Чехова).

Определительный оборот, стоящий после определительных, указательных и притяжательных местоимений (в том числе после местоимения всё), обычно тесно примыкает к ним и запятой не отделяется. Но запятая всё-таки возможна: если определительный оборот имеет характер пояснения или уточнения, то он обособляется. Поэтому окончательное решение здесь – за автором текста. У А. П. Чехова запятая в этом предложении стоит.

Можно образовать слово маршальша (ср.: генеральша, губернаторша), но оно, как и слова той же модели, будет иметь разговорную стилистическую окраску. Слово маршальша не фиксируется словарями, однако окказионально оно употребляется, например: Сен-Симон свидетельствует, что маршальша Клерамбо «на дорогах и в галереях всегда была в черной бархатной маске» (Цветков С. Железная маска // «Наука и жизнь», 2007).