Добрый день, уважаемые грамотеи! Ответ на вопрос № 260161 (покушение на убийство) нуждается в некотором уточнении. Дело в том, что использование подобных формулировок опирается на действующее законодательство и, в частности, нормы Уголовного кодекса РФ (как Особенной - посвященной видам преступлений, так и Общей - посвященной теории преступления и наказания за него, - его частей). "Покушение на убийство" - абсолютно корректный правовой термин. Это обусловлено тем, что УК РФ устанавливает, что _покушением на преступление_ признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. В данном случае преступлением является деяние, предусмотренное ст. 105 "Убийство". Развернутая юридическая конструкция, таким образом, "покушение на убийство". И юристы, с любовью относящиеся к родному языку, и вы - специалисты портала, нередко сталкиваетесь с лингвистической кособокостью некоторых профессиональных клише, что уже неоднократно находило отражение на Грамоте. Вспомните, например, ваш ответ на вопрос, касающийся "пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам"... Да, с точки зрения языкознания формулировка не идеальна, однако, она закреплена действующим законодательством, существует в нем много десятилетий и активно используется, в том числе и судьями высших судебных инстанций, теоретиками-правоведами и другими профессионалами, упрекать которых в незнании русского языка нет никаких оснований. И таких устойчивых сочетаний, уверяю, больше, чем нам кажется. В общем, компАсы живут и будут жить:)

Кальсонер и Коротков Автор текста – Михаил Булгаков, повесть «Дьяволиада» (1923). В центре событий - два героя: инфернальный заведующий Кальсонер и гоняющийся за ним делопроизводитель Варфоломей Коротков. Опечатки исключены, проверено по нескольким изданиям. В данном случае это: «Русская мистическая проза» (антология в трёх томах), том третий (М.: «Литература», «Мир книги», 2004). Вот два фрагмента из главы V («Дьявольский фокус», стр. 412), суть вопроса – в выделенных словах: Невыносимый треск машин стоял в воздухе, и виднелась масса голов, - женских и мужских, но Кальсонеровой среди них не было… Далее, через пять абзацев: «Голос тоже привязной», - стукнуло в коротковском черепе. Итак, голова Кальсонерова, но коротковский череп ! Берём справочник по русскому языку (в данном случае - Т.Шклярова, М., «Грамотей», 2004). Раздел «Имя прилагательное», притяжательные имена прилагательные (являются разновидностью относительных и выражают принадлежность чего-либо лицу или животному). Образуются: а) от одушевлённых имён существительных при помощи суффиксов –ОВ-, -ЕВ-, -ИН-, -ЫН-, -ИЙ-. Например: Петр – петров, дядя – дядин, заяц - заячий; б) от фамилий и названий населённых пунктов при помощи суффикса -СК- (-ОВСК-, -ИНСК-, -ЕНСК-). Например: Чехов – чеховский, Саратов – саратовский, Петр – Петровский, Чита - читинский. Правописание притяжательных имён прилагательных: притяжательные прилагательные на -ОВ- (-ЕВ-), -ИН-, образованные от собственных имён, пишутся с заглавной буквы. Например: Сашина игрушка, Егоров портфель. Итак, как видим, Михаил Афанасьевич абсолютно правильно всё употребил. В справочнике тоже – никаких видимых противоречий. Я только никак не могу уловить нюанс, который опущен в справочнике (в идентичных, блин, примерах: Егоров - чеховский!) Почему, всё-таки, Кальсонер – Кальсонеров, но Коротков – коротковский? Дело в суффиксе, что ли?..

Здравствуйте! Благодарю Вас за ответ на вопрос 274104. По отмеченным Вами моментам замечу в свою очередь следующее. 1. Верно, «Физические величины» — справочник научно-технический, тем не менее вычитывали его профессиональные редакторы и корректоры, сообразуясь как с общими правилами, так и с правилами, принятыми для специальной литературы. 2. Cокращения "г.", "в.", используемые в частном случае (летосчисление, календарь), вряд ли могут служить обоснованием отмены общего правила. 3. Обратимся к авторитетному, по Вашему мнению, автору. «Справочная книга редактора и корректора» под ред. Мильчина (1974) предлагает следующие сокращения единиц времени: «с», «кс», «мс», «мкс», «нс», «сут», «ч», «мин», «нед», «мес», «год» (прил. 11, разд. 1, с. 320). Без точек. Переработанного издания (1985) у меня нет, но подозреваю, что этот пункт остался без изменений, потому что в двух изданиях «Справочника издателя и автора» (1999, 2003) Мильчина и Чельцовой имеется следующее предложение: «Так, если в тексте при числах в цифровой форме решено сокращать единицы времени (ч, мин, с и др.)...» (разд. 4.2.5). Вновь без точек. Как видим, «Справочная книга», во-первых, подтверждает, что традиция противоположна упомянутой Вами выше, и, во-вторых, вместе со «Справочником» опровергает замечание о единогласной рекомендации. Конечно, за одиннадцать лет «единогласие» могло быть достигнуто, только вот конкретные источники не названы и неясен смысл резкого изменения рекомендации. Отличие единиц измерения времени от других единиц — основание мнимое, как Вы помните. Наконец, в ответах справочной службы звучало, что точка в сокращенных названиях единиц времени обязательна, между тем рекомендация — не требование. Стоило бы это подчеркивать, по-моему, и не стоило бы считать строгой рекомендацией заведомо ограниченный список сокращений в орфографическом словаре. Наша переписка превратилась из вопросов и ответов в полемику, которая, возможно, неуместна на странице «Справочного бюро», и я пойму решение не публиковать там этот комментарий. На Ваше усмотрение. Всего доброго. С уважением,

Добрый день! У меня решается очень важный вопрос и я буду очень благодарна если кто поможет. Нужно проверить текст на синтаксис и орфографию(хотя с орфографией все вроде правильно, а со знаками проблемнее)Заранее спасибо! Текст Поезд стоял на большой станции. В опустевшем вокзальном садике осыпались клены и липы. Сорванный ветром большой кленовый лист слетел прямо на плечо девушки, которая держала в руках дорожный клетчатый чемоданчик. Улыбнувшись, девушка продела кленовый лист, как ручную красноперую птицу, в петлю своего синего драпового пальто. Полюбовавшись этим украшением, девушка вновь обратила лицо к двум молодым людям, которые разговаривали с ней. Первый - высокий, плотный, с непокрытой смолево - черной головой – что-то настойчиво ей доказывал. Его большие, синие руки, то чертили в воздухе крутые, быстрые круги, то вели плавную линию вверх, словно путь в гору. Смолевой его чуб вскидывался над выпуклым лбом, выражая неукротимую энергию. Видно было, что этот высокий молодой человек во франтоватом серо-голубом кашне вкруг шеи хотел, чтобы внимание девушки было направленно только на него. Второй юноша, ростом ниже среднего, широкоплечий, казался еще приземистее благодаря круглой мерлушковой шапке, надетой на самые брови. Ему тоже хотелось участвовать в разговоре, и он временами торопливо вставлял свои замечания, но чернявый каждый раз ловко оттеснял его в сторону. Вдобавок, широкоплечему тяжело было жестикулировать: в одной руке он держал корзину с яблоками. Поставить ее на землю он не решался: неподалеку вилась стайка буйных мальчишек, которые каждый миг готовы были броситься на его корзину. Но молодой человек в мерлушковой шапке ревниво оберегал яблоки и не подпускал мальчишек ни на шаг. Все же, как провожающему, ему обязательно хотелось говорить. Упрямо поднимая плечи и смешно выставляя голову вперед, он с видом спорщика бросал несколько быстрых фраз. Высокий еще более энергично вскидывал чубом, и в сдержанном нетерпении потопывал ногой по гравию.

Извините, что вновь возвращаюсь вопросу, на который в прошлый раз мне ответили не до конца из-за его сложности и объемноти, но обратиться мне больше не к кому: ваше справочное бюро для меня - самый авторитетный источник, и если уж вы мне не подскажете, то вряд ли я еще где-нибудь получу ответ на свой вопрос. А вопрос, если вы помните касался совместного употребления запятой и тире. Проверьте, пожалуйста,правильные ли я сделал выводы из ваших ответов. (Точнее сказать, меня интересует только четрвертый пункт, который я сформулировал самостоятельно.) 1. Тире ставится совместно с запятой, если этого требует структура части предложения - либо первой части, либо второй. 2. Тире ставится совместно с запятой, если этого требует структура самой вставной конструкции. (Во втором случае.) 3. "Часто встречается постановка запятой перед вторым тире, если запятая стоит перед первым тире (своеобразная «симметрия» знаков)". 4. Бывают случаи, когда вводные конструкции обособляются с двух сторон стоящими подряд запятыми и тире, даже если этого не требует структура какой-либо части предложения. Мы можем обособить вставную конструкцию запятыми. Если необходимо, чтобы при прочтении этот участок предложения выделялся более длительной паузой, запятые заменяются на тире. А если имеется потребность в еще более длительной паузе, то мы используем либо скобки, либо стоящие подряд запятые и тире. Притом последний способ (стоящие подряд запятые и тире) не является ОБЩЕПРИНЯТЫМ и считается АВТОРСКИМ. Его нельзя применять при составлении официальных документов и написании текстов с нейтральной лексикой. Но при необходимости его можно использовать В СОЧИНЕНИЯХ, ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ, ГАЗЕТНЫХ СТАТЬЯХ и т.п., когда мы сталкиваемся с предложениями вроде тех, которые приведены ниже. 1) Не далее как вчера я вкусил это, – столь чистое, – наслаждение. 2) Если твой отец услышит какой-нибудь намек, – трепещи, – Бог знает, что может случиться... 3) Тут твой друг, – а его вспыльчивость тебе известна, – в ответ на эти слова разразился потоком оскорблений... 4) ...который, – как об этом говорит вся Европа, – в совершенстве владеет оружием...

Дополнение к вопросу № 207330. Я прекрасно понимаю, что в нижеприведенных примерах знаки препинания расставлены несколько "необычайно", и это, безусловно, противоречит традиционным правилам. Но именно по этой причине я и задаю вопрос. Ведь эти предложения взяты из авторитетного текста (Джонатан Свифт, Путешествия Гулливера, Путешествие в Бробдингнег, издательство ACT,Москва, 2003), и подобные способы оформления прямой речи ВСТРЕЧАЮТСЯ ЗДЕСЬ НЕ ОДИН РАЗ. Это может означать следующее: или в указанном издательстве работают неграмотные корректоры, или здесь представлен какой-то "модный" способ оформления, который известен далеко не всем. И должен вам признаться, что мне первый вариант кажется весьма сомнительным и я все-таки склонен остановиться на втором. Уважаемы грамматики, согласны ли вы со мной? Чтобы дать вам материал для размышления вновь приведу необходимые цитаты с указанием страницы (в упомянутом издании). Кроме того, я считаю полезным разобить свой вопрос на два. Вопрос 1. Можно ли слова автора обособлять лишь одними запятыми и не использовать при этом кавычки? Такая пунктуация наблюдается не только в данном издании, но и в других текстах этого произведения, которые мне удалось найти в Интернете: ireland.ru/dublin/gulliver/article1_7.html и http://www.opentextnn.ru/man/?id=778. Кроме того, вряд ли можно было бы сказать, что это современная тенденция, потому что подобные котструции я встречал в книге 1961 года издания. (Правда, сейчас у меня ее нет под рукой.) 1) Надо вам сказать, начал он, что в последнее время относительно вас… (с. ?) 2) Другую часть парламента, продолжал я, образует собрание... (с. 124) Вопрос 2. Почему прямая речь приведена без кавычек и почему после двоеточия стоит заглавная буква? Поиск в Интернете показал, что в других версиях вместо двоеточия в первом предложении стоит зарятая, а во втором имеются кавычки (как, впрочем, этим знакам и надлежит присутствовать согласно классической теории). Но прошу вас, не спешите говорить, что в нижеприведенных предложениях пунктуация неверна. Ведь этими словами, вы, можно сказать, выражаете сомнение в грамотности корректоров издательства ACT. 1) Он спросил: Какие методы применяются для телесного и духовного развития юношества и в какого рода занятиях проводит оно обыкновенно первую и наиболее переимчивую половину своей жизни? (с. 125) 2) ... обратился ко мне со следующими словами, которые я никогда не забуду, как не забуду и тона, каким они были сказаны: Мой маленький друг Грильдриг, вы произнесли... (с. 128)

Нет, Грамота, я так не могу, я призываю вас к ответу. Из вопроса № 176838: "Однако в художественной, особенно поэтической, речи допускается написание форм предложного падежа существительных среднего рода на -ье (обычно при предлоге в) с окончанием -и, например: В молчаньи шел один ты с мыслию великой (Пушкин). Ошибкой здесь это не является." Объясните: "Пушкин автоматически во всём прав, что бы он ни написал" - вот главный камень фундамента правил русского языка что ли? Вы считаете, он достаточно надёжен? Т.к. проигнорировали мой прошлый вопрос, чтобы не придумывать новые словеса, просто вставлю его вдогонку снова, не корректируя: "Почему (в.п.) "станцию Усть-Луга" (фигурировало в вопросе № 287291) - родовое склоняется, собственное нет - но "город Москву" - и родовое склоняется, и собственное склоняется? У вас в "Горячих" написано: "В "Словаре географических названий" А. В. Суперанской (М., 2013) указано, что топонимы обычно не склоняются в сочетании со следующими географическим терминами: ..." ... и тра-та-та-та-та автоматная очередь исключений (в т.ч. "станция"). Но ведь, ребята, так дело не пойдёт! Вы сами не устали от этого непроглатываемого сгустка исключений в русском языке? Почему бы не закрепить - и здесь, и везде - ЕДИНОЕ правило: "с собственными склоняется только родовое"? Всё! Но нет! Все правила в русском языке сводятся к тому, что если Вася Пупкин 10 000 раз скажет, что "говно" - мужского рода, а за ним тысячи Ивановых повторят, все справочники тут же зафиксируют "изменившуюся норму". И не говорите, что "язык живой" - всё это бред! Кто придумал всю эту адскую громоздкую пунктуацию? Народ? Да дай ему волю, он всё будет писать с маленькой буквы, а в качестве знаков препинания использовать только точку, восклицательный и вопросительный. Это всё спущено сверху! Так что не делайте вид, что вы не имеете никакого влияния на язык. Все справочники по языку - это не своды правил, а своды наблюдений. "Деепричастный оборот, конечно, отделяется от основного предложения, - говорит Розенталь, - но вот Пушкин засунул в оборот подлежащее, являющееся частью предложения, а не оборота, и его не выделяет". Вот, мол. Бывает и так. И ведь это касается не только языка, а всех русских правил: начиная законодательством (фактическим) и заканчивая нормами этики. Они все об этом: "Это, конечно, нельзя, но, если очень хочется, то можно; это, конечно, нужно, но, если ты сильный и/или авторитетный, то можно и не делать". Знаете, почему английский - язык международного общения? (да, то, что у США самый большой ВВП в мире, тоже, наверное, имеет значение, но не только поэтому) Потому что английский не подстраивают под каждый пук Фицджеральда или Брэдбери, а подстраивают под удобство пользования обычными людьми! А русский, благодаря вот этому вот всему, не будет таким никогда (в нынешнем виде). Зато "великий и могучий", чё. И пофиг, что все смотрят на русский язык как на обезьяну, напялившую квадратную академическую шапочку. Я хочу с вами это всё обсудить - если бы я не уважал, несмотря ни на что, вашу работу и ваше мнение, я бы вам это, на самом деле, всё не писал. Собрались уважаемые, компетентные люди - так давайте уже открыто поговорим, не стесняясь!"

Вот "нагуглила". Чем опровергните? Всегда было сложно объяснить россиянину, почему меня коробит от «Белоруссия», почему как-то неправильно выглядит национальность «белорус» и не мог понять почему же мне интуитивно хочется написать «беларуский», если выглядит это слово «с ошибкой». Согласно нормам русского языка – «БЕЛАРУС» Одновременно с провозглашением суверенитета БССР в 1991 году – следовало рассмотреть вопрос о названии страны, так как, согласно международным нормам ООН, название страны должно писаться ПО ПРАВИЛАМ ЕЕ НАЦИОНАЛЬНОГО ЯЗЫКА. То есть – в нашем случае – по нормам беларуской мовы. А прежнее название «Белоруссия» - было написанием по нормам русского языка, а не беларуского. В беларуском же должно звучать «Беларусь». Это было равно крайне важно и для укрепления международного авторитета нашей страны (к тому же – члена-соучредителя ООН) и ее статуса суверенной державы. Ранее в английском, немецком и других языках наше название звучало не как «Белоруссия», а буквально как «БЕЛАЯ РОССИЯ» - то есть, даже не так, как в русском языке. Это «колониальное название» создавало неверные представления о Беларуси как о каком-то «туземном придатке» Российской Федерации, где живут россияне, а не беларусы, и где у народа российское этническое лицо, а не уникальное беларуское. Существенно и то, что название «Белая Россия» создавало путаницу в иностранных МИДах, особенно стран Африки, Востока и Южной Америки, на что жаловались их представители в ООН. Верховный Совет БССР 19 сентября 1991 года принял «Закон Белорусской Советской Социалистической Республики о названии Белорусской Советской Социалистической Республики». В этом Законе еще до распада СССР наша БССР была переименована в Республику Беларусь (мой перевод на русский): «Белорусскую Советскую Социалистическую Республику далее называть «Республика Беларусь», а в укороченных и составных названиях – «Беларусь». И обращаю внимание на продолжение текста этого Закона: «Установить, что эти названия транслитеруются на другие языки в соответствии с беларуским звучанием». Транслитерация (Transliteration) - перевод одной графической системы алфавита в другую, то есть передача букв одной письменности буквами другой. Что означает, например, для русского языка, что в нем нет больше никакой «Белоруссии», а обязана быть только и именно одна «Беларусь». Сегодня во всех официальных международных мероприятиях (саммиты СНГ, спортивные соревнования, торговые соглашения и пр.) это строго соблюдается: есть только название «Беларусь». В паспортах и прочих документах РБ на русском языке – тоже только «Беларусь», никакой «Белоруссии». Общероссийский классификатор стран мира OK (MK (ИСО 3166) 004—97) 025-2001 (ОКСМ) (принят и введен в действие постановлением Госстандарта РФ от 14 декабря 2001 г. № 529-ст) тоже категоричен: он предусматривает только формы «Республика Беларусь» и «Беларусь», а какая-то фантастическая «Белоруссия» им не предусмотрена – такой страны не существует. Главным в Законе о названии страны является пункт о ТРАНСЛИТЕРАЦИИ ее названия на другие языки мира (включая русский). Дело в том, что некоторые страны такого пункта не имеют и потому могут по-разному называться в разных языках: например, в русском нет никакой Норге, а есть Норвегия, вместо Данмарк – Дания, Суоми – Финляндия, Дойчланд – Германия, вместо Летува – Литва. Ни Финляндия, ни Германия, ни Летува не заявляли о том, что их самоназвания Суоми, Дойчланд и Летува транслитеруются на другие языки – и не просили другие страны их отныне называть именно так. А вот Беларусь именно это заявила в своем Законе. И точно так в свое время Персия попросила называть её Ираном, Цейлон – Шри-Ланкой, Берег Слоновой Кости – Кот д' Ивуаром, Бирма – Мьянмой, Северная Родезия – Замбией, Бенгалия – Бангладеш, Верхняя Вольта – Буркина Фасо. Именно под новыми названиями эти страны известны сегодня во всем мире, в том числе в РФ. Если бы противники термина «Беларусь» в русском языке показали нам, что Россия пренебрегает этими правилами и продолжает называть Иран Персией, а Шри-Ланку Цейлоном – то в таком случае их мнение имело бы какую-то аргументацию. А в данном случае такая избирательность непонятна: чем же мы хуже Ирана или Шри-Ланки, если в России СМИ и просто россияне не желают признавать наше новое название и упрямо именуют старым несуществующим «Белоруссия»? Тем не менее термин «Беларусь» все-таки СТАЛ ЯЗЫКОВОЙ РЕАЛИЕЙ русского языка, так как активно используется в ООН (где один из языков – русский) и всем государственным аппаратом РФ: всеми министерствами. Не менее строго следит за использованием термина «Беларусь» телеканал СНГ «Мир» (который равно следит за использованием «Молдова» вместо «Молдавия», «Туркменистан» вместо «Туркмения» и т.п.), а также телепрограммы и печатные СМИ Союзного государства Беларуси и России. Таким образом, слово «Беларусь» стало частью русской лексики. Причем – используется не столько в быту, сколько в официозе, а это означает тенденцию вытеснения со временем старого слова «Белоруссия» и в разговорном русском. Пишется слово именно через «а», как этого и требует наш Закон о транслитерации названия страны – нигде в официальных документах РФ не используется слово «Белорусь» - ЕГО ПРОСТО НЕ СУЩЕСТВУЕТ в русском языке. В спорах со мной на эту тему многие российские «тугодумы» соглашались, что слово «Беларусь» стало частью русского языка из-за его использования российским официозом, но все равно упорствовали: мол, это слово «неправильное», а правильно – делать русскую соединительную «о». Но если слово только ТРАНСЛИТИРУЕТСЯ на русский язык – то о каких же «нормах русского языка» можно говорить? Вот прямая аналогия: французское Кот д' Ивуар. Почему же никто равно не возмущается и не говорит, что по-русски правильно писать по-старому «Берег Слоновой Кости»? Или беларуский язык – это не такой же иностранный язык, как французский? Или Беларусь – это не суверенное государство, как Кот д' Ивуар, а часть РФ? Коль «Беларусь» - языковая реалия русского языка, то как по правилам русского языка должно образовываться название гражданина Беларуси? Правильно: белАрус. Здесь возражения о соединительной «о» вообще неуместны, так как изначальное слово «Беларусь» образовано не по правилам русского языка. А на этот счет в русском языке свои нормы: корнем слова является в таком случае все слово «Беларусь» (а не два тут корня). Вместо того чтобы воспринимать слово «Беларусь» как ЗАИМСТВОВАННОЕ из другого языка, россияне по инерции его делят на два корня – что противоречит правилам русского языка о заимствованных словах. Слово «БЕЛАРУСКИЙ» Вначале приведу мнения беларуских специалистов в этой теме. Адам МАЛЬДИС, доктор филологических наук, профессор, почетный председатель Международной ассоциации беларусистов: «Если слово «Белоруссия» имеет свою традицию (например, газета «Советская Белоруссия»), это одно. Но когда речь идет о названии страны, закрепленном в Конституции и международных документах, тут однозначно — Беларусь. Заключение топонимической комиссии ООН только подтверждает это. На мой взгляд, правильным было бы писать «беларус», а не «белорус», и «беларуский» вместо «белорусский». Думаю, со временем мы к этому придем». Александр ШАБЛОВСКИЙ, кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Института языкознания им. Я. Коласа НАН Беларуси: «Введение в русскоязычный оборот слова «Беларусь» считаю полностью правомерным и оправданным. Что касается рекомендаций Института русского языка, то у нас в Беларуси свой ориентир — Институт языкознания имени Якуба Коласа. И в этом вопросе мы все придерживаемся совершенно определенной позиции: только Беларусь! Россиянам, естественно, мы диктовать не можем. Если говорить о производных от слова «Беларусь», то, конечно, последовательным было бы написание «беларус» и «беларуский». Но в этом вопросе мы принимаем позицию российских академиков, которые в своих оценках очень традиционны. Еще в 1933 году выдающийся русский лингвист Евгений Дмитриевич Поливанов писал: «Чем более развит язык, тем меньше он развивается». Потому не знаю, закрепится ли в будущем «беларус» и «беларуский». Ведь для того, чтобы у слова «кофе» в русском языке помимо мужского появился и средний род, потребовалось почти 100 лет! Так это всего лишь род…» На самом деле слово «белАрус» просто производно от слова «Беларусь» в русском языке – что было показано выше. Но есть и другой аспект темы, который не стали детально раскрывать некоторые русские специалисты. А заключается он в следующем. Наш Закон 1991 года о введении названия страны Беларусь и его транслитерации на все языки мира означал ОДНОВРЕМЕННО и ИЗМЕНЕНИЕ ВСЕХ СЛОВ В ЯЗЫКАХ МИРА, ПРОИЗВОДНЫХ ОТ НАЗВАНИЯ СТРАНЫ. То есть, мало изменить название страны с «Белая Россия» (на английском, немецком и пр.) на «Беларусь». Надо еще, чтобы везде изменили название НАРОДА с «белых русских» на «беларусов», а его языка с «белого русского» на «беларуский язык». Это тоже крайне важно – как и само изменение названия страны. Ведь ранее на английском наш язык назывался «белорашен лэнгвич», а теперь стал называться «беларус лэнгвич». Житель БССР был «белорашен», стал «беларус». (Кстати, в Беларуси при преподавании иностранных языков по-прежнему учат советским терминам типа «белорашен», что и устарело, и ошибка, и не соответствует названию страны Беларусь.) Как видим, СМЕНА ПОНЯТИЙ КАРДИНАЛЬНАЯ. Отныне никакой «рашен»! С 1991 года во всем мире нас больше не называют с добавкой «рашен»: в энциклопедиях ЕС, США, Китая и прочих стран мира: страна Беларусь, от ее названия производится там название народа и его языка – с корнем «Беларус». Следуя этому правилу, и в русском языке равно транслитерации подлежит не только слово «Беларусь», но и производные понятия народа этой страны и ее языка – как политическое значение, НЕОТДЕЛИМОЕ от названия страны. Они РАВНО ТРАНСЛИТИРУЮТСЯ в рамках транслитерации названия страны «Беларусь». Таким образом, автоматически подлежат транслитерации слова «беларус» и «беларуский язык». Это тоже строго в рамках правил русского языка. Равно как слово «Беларусь» является заимствованным транслитерацией в русском языке и не подлежит делению на два корня – точно так заимствованное слово «беларуский» является КОРНЕМ до буквы «к» (согласно правилам русского языка, заимствованные слова являются корнями до своих окончаний). И, как заимствованное слово русского языка, не подлежит аналогично ни делению на два корня, ни правилу русского языка по удвоению «с» между «с» в корне и суффиксом. Так как этого правила нет в исходом для транслитерации беларуском языке – а транслитерация, напомню, сохраняет нормы грамматики исходного языка СВОЕЙ СТРАНЫ. А главное: само слово «беларуский» - заимствованное, и в нем русский язык не имеет права вычленять суффиксы. Что касается окончаний (автор статьи в журнале «Родина» утрировал: «ну нет, тогда уж «беларускава»), то вот как раз в этом вопросе, согласно нормам русского языка, должны уже соблюдаться нормы русского языка. Заимствованные в русский язык слова сохраняют свои иностранные корни, но имеют падежные формы уже по русским правилам. Так что и тут «мимо»... По материалам Вадима Ростова