Справочная служба

Большой орфоэпический словарь русского языка:

МОСТ, моста́ и допуст. старш. мо́ста, на мосту́, но о мо́сте и о мосте́, мн. мосты́, моста́м; в сочетаниях с некоторыми предлогами в определённых значениях может произноситься двояко: с ударением на предлоге в соответствии со старшей нормой или с ударением на существительном в соответствии с младшей нормой, напр.: по́ мосту и по мосту́ (идти и т. д.), на́ мост и на мо́ст (въехать и т. д.).

Правильно: на примере ПАО «Банк ВТБ».

Правильно: [бул'йон].

Правильно: каково значение выражения.

Корректно: в сети Интернет, но в интернете. Ср.: в романе «Война и мир», но в «Войне и мире». Речь идет о правилах употребления несогласованных приложений.

К несогласованным приложениям относятся:

1. Названия неодушевленных объектов: книг, фильмов, спектаклей, магазинов, фирм, кафе, художественных произведений, картин и др., которые пишутся в кавычках.
   Например: комедия «Ревизор», кафе «Незабудка», картина «Лес»;
2. Названия географических объектов, наименования улиц, городских районов, при написании которых кавычки не нужны.
   Примеры: река Урал, республика Адыгея, микрорайон Сокольники;
3. Прозвища, при написании которых кавычки также не нужны.
   Например: вождь Соколиный глаз.

При наличии родового слова такие приложения не склоняются, но если родового слова, к которому относится приложение, в предложении нет, то изменяется по падежам само приложение: в «Ревизоре» Гоголя (в комедии «Ревизор» Гоголя), рядом с «Незабудкой» (рядом с кафе «Незабудка»), в Сокольниках (в парке Сокольники).

Необходимо знать, как выглядит предложение полностью.

При глаголах восприятия, желания, мысли, ожидания (слышать, знать, понимать, думать, желать), а также при глаголах иметь, доставать, получать и т. п., которые в сочетании с частицей не приобретают значение полного отрицания, употребляется форма родительного падежа зависимого слова: не знал печали, не заметил тревоги, не чувствовал боли, не понял сарказма; не имел своего жилья, не достал путёвки, не получил извещения, не достиг понимания, не обратил внимания.

Корректно: показано синим и зеленым цветом/цветами, одежда различных цветов, фигуры такого же цвета, как (если речь идет об одном цвете) или таких же цветов, как (если речь идет о нескольких цветах).

Ни в вопросе № 328018, ни в вопросе № 217714 речь о запятой вообще не шла. В предложении Дорогу осилит... рисующий! запятая и не предполагается. Согласно правилу при «встрече» многоточия с запятой последняя поглощается многоточием, которое указывает не только на пропуск слов, но и на пропуск знака препинания: Жена его… впрочем, они были совершенно довольны друг другом (Г.). Правильно: Комбинация чисел согласуется с визуальными наблюдениями (Эффективность эндоскопической диагностики... 2024).

Образование кратких форм от многих прилагательных мужского рода может быть вариативным. В одном случае вариативность оказывается регулярным явлением, последовательно распространяющимся на целый разряд прилагательных. Это прилагательные с суффиксом -енн-, которому предшествует суффикс -ств-: барственный, бедственный, безнравственный, бесчувственный, божественный, величественный, воинственный, действенный, естественный, искусственный, могущественный, мужественный, невежественный, непосредственный, ответственный, свойственный, существенный, торжественный и мн. др. Следует признать нормой вариативное образование краткой формы мужского рода таких прилагательных: безнравствен и безнравственен, воинствен и воинственен, естествен и естественен, ответствен и ответственен, свойствен и свойственен и т. д. Варианты, указанные первыми, образованы от усеченной основы (усекается второе н в суффиксе -енн-), вторые же варианты представляют собой регулярные образования с беглой гласной, такие же, как пустынен от пустынный, туманен от туманный, реакционен от реакционный и т. п. В прилагательных с суффиксом -енн- не на -ственный вариативность тоже представлена, но значительно меньше. Здесь преобладают, а в ряде случаев оказываются единственно возможными формы от усеченных основ, т. е. на -ен. В первую очередь это относится ко всем прилагательным на -зненный (безболезненный, безбоязненный, безжизненный, безукоризненный, неприязненный и др.), от которых употребительны только варианты безболезнен, безбоязнен и пр. Почти не представлены варианты на -енен у прилагательных на -мысленный, -смысленный, -численный (легкомысленный, бессмысленный, бесчисленный и др.); здесь следует признать нормой варианты на -ен: бессмыслен, бесчислен, легкомыслен и пр. Предпочтительными являются и следующие варианты на -ен: безветрен, бесформен, низмен, целомудрен, экстрен и нек. др. Возможность образования краткой формы от усеченной основы, свойственная прилагательным с суффиксом -енн-, получает некоторое распространение среди прилагательных на -енный, в которых суффиксом является только -н-. Таковы прилагательные на -временный: безвременный, кратковременный, преждевременный, своевременный и др. Наряду с регулярно образуемыми формами безвременен, кратковременен и пр. встречаются безвремен, кратковремен, преждевремен, своевремен, которые можно признать допустимыми вариантами нормы.

До сих пор речь шла о прилагательных на неударное -енный. О прилагательных на -е́нный (с ударным е́) следует сказать отдельно. К ним относятся: благословенный, вдохновенный, дерзновенный, неприкосновенный, смиренный и др. С точки зрения образования краткой формы мужского рода такие прилагательные неоднородны. Многие в современном литературном языке имеют только формы на -енен: мгновенен, надменен, неизменен, неприкосновенен, несомненен, обыкновенен, откровенен, почтенен, совершенен и др. У некоторых слов при основных вариантах на -енен сохраняются в качестве допустимых устаревшие варианты на -ен: вдохновен, дерзновен, незабвен, священ и нек. др. У нескольких слов эти более старые варианты пока остаются основными: благословен, смирен, сокровен; наконец, есть слова, для которых нормативны только варианты на -ен: блажен, неизречен, неоценен, презрен, растлен, смятен, согбен; все они относятся к высокой книжной лексике.

Кавычки не требуются.

В этом предложении составное именное сказуемое. Именной компонент выражен вторым инфинитивом, связка — нулевая формальная. Можно заменить ее полузнаменательной: Охранять природу означает любить Родину.

Главное соображение заключается в том, что придаточная часть — независимо от того, расчленен союз или нет, — выражает причину, время и т. п. В самом деле, возьмем ли мы лермонтовское Мне грустно оттого, что весело тебе, перенесем ли запятую (со снятием ударения со слова оттого), получив Мне грустно, оттого что весело тебе, придаточная часть в обоих случаях останется выразителем причины.

Безусловно, в предложениях, в которых составной союз интонационно (и пунктуационно) расчленен, возникает дополнительный смысловой акцент. Никто, собственно, и не говорит, что между случаями с нерасчлененным союзом и случаями с его расчленением нет никакого различия. Никто не запрещает специально изучать эти различия. Никто не запрещает и усложнять классификацию сложноподчиненного предложения. Хорошо известно, что система сложноподчиненного предложения в русском языке несопоставимо сложнее любых классификаций. Всякая классификация упрощает, сглаживает, игнорирует особые случаи и т. п. Однако для учебных целей существующая в школе классификация считается (пока, во всяком случае) удовлетворительной (и пусть школьники как следует овладеют хотя бы ею); для университета удовлетворительной считается структурно-семантическая классификация (существующая в нескольких версиях); в науке описываются многообразные частные случаи, охватить которые ни школьная, ни университетская классификация не в состоянии… Ради интереса: загляните во второй том академической «Русской грамматики» (М., 1980), ознакомьтесь с представленной в нем классификацией сложноподчиненных предложений — и вы поймете, насколько приблизительно описывает всё многообразие русского сложноподчиненного предложения школьная грамматика. Но это первичное знакомство. Точно так же знакомство с миром математики начинается в школе с элементарной арифметики.

Возвращаясь к сути вопроса: конечно, никто не может запретить нам считать, что в лермонтовском двустишии оттого является обстоятельством причины в главной части, а союз — только что. И как же в этом случае мы должны будем квалифицировать это предложение? Всё так же — как сложноподчиненное с придаточным причины? Этому мешает то, что придаточные причины вводятся союзами, которые сами о себе сообщают «я выражаю причину»: потому что, так как, ибо, поскольку и др. Никаких других придаточных, кроме причинных, такие союзы вводить не могут. Такие союзы поэтому иногда называют семантическими — в отличие от асемантических, которые служат лишь формальным маркером подчинения. Между тем, если мы признаем, что у Лермонтова причинное придаточное вводится союзом что, мы тем самым введем его в круг причинных союзов, а он ни о какой причине на самом деле не сигнализирует, он как раз асемантический (в отличие от изъяснительного что).

Как изъяснительное придаточное? Но никакой изъяснительности в таких предложениях нет, ибо для того, чтобы она появилась, нужно слово со значением речи, мысли, чувства, волеизъявления, которое как раз требует изъяснения (Сказал, что больше не любит). Услышав «сказал», мы вправе спросить «что?». Но, услышав «оттого», мы не спросим «что?».

И куда же «девать» такое предложение в школьной классификации?

Вот и я не знаю.

В структурно-семантической классификации для таких конструкций место есть (это местоименно-соотносительные предложения вмещающего типа), но в школе она не изучается...

В академической «Русской грамматике» интересующий Вас факт зафиксирован следующим образом: «В составе соединений и потому, и поэтому, и вот соположение компонентов строго не фиксировано. В том случае, когда и следует за конкретизатором (конкретизаторами именуются как раз слова вроде потому, поэтому, поскольку они действительно конкретизируют содержание сочинительной связи. — М. Д.) (потому и, вот и, ну и) его союзная функция ослабляется и сближается с функцией усилительной частицы» (т. 2. М., 1980. С. 621).

При этом цитированный фрагмент извлечен из параграфа, посвященного сложносочиненным предложениям с соединительными союзами. Таким образом, бессоюзной связи во втором случае в приведенном примере нет. Это сочинительная связь, союз и остается союзом и в частицу не превращается.

Добавлю, что утверждение о приобретении союзом функции усилительной частицы лично у меня вызывает сомнение. При такой перестановке союза и конкретизатора возникает не столько усилительность, сколько дополнительный оттенок смысла, который — для данного примера — можно сформулировать примерно так: ‘только что названная причина [хочется, чтобы счастье было заслуженным] есть та самая причина, которая объясняет поведение [стараешься быть честным и справедливым], мотивы которого вам так хотелось узнать’. Иными словами, говорящий (пишущий) подчеркивает, что разных объяснений может быть много и что поиск объяснения актуален, находится в фокусе внимания, но верно только приведенное объяснение.

Нет, это не словосочетания, а безличные предложения. Ни полезно, ни нужно в сочетании с инфинитивом не могут быть ничем, кроме слов категории состояния. (В случаях типа Молоко полезно, особенно детям, или Такое объяснение очень нужно и полезно, или Чтение полезно, Учеба нужна эти слова являются краткими прилагательными, и это тоже предложения, но двусоставные. Омонимичных этим словам наречий вообще не существует.) Естественная среда функционирования слов категории состояния — безличные предложения.

Главное, что нужно понять: в случаях Читать полезно, Учиться нужно нет наречия, которое должно обозначать признак действия. Поэтому и словосочетания нет. Вот, скажем, в случае читать быстро, читать тихо мы наблюдаем именно наречия, которые действительно обозначают признак действия по глаголу читать. Поэтому мы можем сказать, что читать быстро = читать быстрым образом, но не можем сказать, что читать полезно = читать полезным образом. Способы читать быстро (или, наоборот, медленно), тихо (или, наоборот, громко) существуют; но не существует способа читать полезным (или неполезным) образом.