Орфографической ошибкой следует считать любое написание, не соответствующее кодифицированной (то есть закрепленной в словарях соответствующей эпохи) норме. Например, не являлось орфографической ошибкой для начала ХХ столетия написание чорный, а для конца ХХ столетия — написание плейер. Относительно имен собственных вопрос еще сложнее. Если бы Вы пояснили, для решения какой задачи Вам необходима квалификация написания Пелогея, мы могли бы дать более определенный ответ.
Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, допустимо ли использование слова «ломанный» в современном русском языке? Пример: «Если вы скачали ломаННую версию Изотопа, то это еще не делает вас специалистом». Речь идет про программное обеспечение. Употреблено при неформальном общении, с намёком на незавершенное действие - "взломана, но не до конца". Спасибо!
Полагаем, что здесь вполне корректно использовать прилагательное ломаный в значении 'исковерканный'.
В справочниках Д. Э. Розенталя разъясняется:
Синонимический ряд образуют предлоги с изъяснительным значением, например: разговоры о поездке — про поездку — насчет поездки — относительно поездки — касательно поездки. В этих сочетаниях можно отметить убывающую конкретизацию предмета речи и стилистическое различие: разговорный характер предлогов про и насчет, книжный характер (присущий старой и деловой речи) предлогов касательно и относительно и нейтральный предлог о при глаголах речи или мысли и соответствующих существительных.
Кроме того, в последние годы появились научные работы, в которых разграничивается функциональная роль предлогов о и про: употребление про вместо о с соответствующим падежом обычно указывает на то, что речь пойдет о конкретном признаке описываемого предмета/лица. Ср.: Я знаю о тебе всё — Я всё расскажу про тебя (= о твоем поведении в определенной ситуации).
Причастным оборотом сочетание вполне определяемых, конечно, является, однако запятыми это постпозитивное определение выделять не следует. Правило гласит: не обособляются распространенные определения, стоящие после определяемого существительного, если последнее само по себе в данном предложении не выражает нужного смысла и нуждается в определении.
В предложении Брат принял решение уехать составное глагольное сказуемое. В нем уехать — смысловой инфинитив, принял решение (= решил) — модальная связка, выраженная аналитическим глаголом (= синтаксически цельным словосочетанием). Всё дело именно в том, что принял решение = решил, а решил здесь означает ‘вознамерился’, но не ‘нашел решение задачи’. Вот в предложении Я решил задачу, и учитель принял мое решение совсем другие значения и глагола, и отглагольного существительного.
В предложении Сережа попросил разрешения петь простое глагольное сказуемое попросил. Петь здесь зависит от разрешения (а не от попросил) и является либо несогласованным определением (разрешения какого?), либо дополнением (разрешения на что?). Предпочтительнее второе, т. к. разрешение — отглагольное имя действия, которое сохраняет способность глагола управлять зависимым существительным, меняется только модель управления: разрешить что? / разрешение на что?
Тот факт, что принял решение является устойчивым словосочетанием, на роль инфинитива, как видим, прямого влияния не оказывает.
Добавлю, что дополнение, выраженное инфинитивом, стоит вне оппозиции прямых и косвенных дополнений и не характеризуется по этому признаку, потому что у инфинитива нет падежа.
Русским лингвистам об этом прекрасно известно, и поразмышляли они, и написали они об этом немало. Если, конечно, вы имеете в виду конструкции типа А воробьи — они улетели. Их называют конструкциями со вторым прономинальным (= местоименным) подлежащим. На самом деле это конструкции с топикализацией подлежащего и его дублированием с помощью местоимения. Психолингвистический механизм, который порождает эти конструкции, состоит в том, что говорящему удобно сначала обозначить тему (она и называется топиком: воробьи), а уже потом достраивать всю конструкцию. В таких конструкциях не всегда возникает дублирование подлежащего — притом что вынос топика влево имеется, ср.: А депутаты — чего же хорошего от них ждать?
Литературная норма рекомендует таких конструкций в письменной речи избегать. В устной же речи, в особенности неподготовленной, они практически неизбежны и встречаются где угодно, в том числе в речи самых образованных носителей нормы.
Добавлю, что это явление отнюдь не является уникальной особенностью русского языка.
Если же Вы имеете в виду нечто иное, то поясните свой вопрос. Вообще говоря, задавать подобные вопросы, не приводя ни одного примера, несколько странно.
Подскажите, пожалуста, возможна ли формулировка подписи под именем императора России 'Император Российской империи'? Или это тавтология и правильнее было бы подписывать 'Император России или Российский император'? Спасибо!
Верно: император России, российский император. Титулы царедворцев уточняйте в справочно-энциклопедической и научной литературе.
В словосочетании последний текущий релиз нет ничего необычного. Добавить к этому ответу едва ли что можно: значение словосочетания и смысл его сравнения с оборотами крайний срок и крайняя черта, увы, остались без пояснений.
Термин релиз не является калькой. Если речь идет об иноязычных словах, заимствуемых русским языком, то, несомненно, среди них встречаются так называемые полисеманты с метонимическими значениями. Например, слово пиар может использоваться при обозначении и действий, и продукта действий.
Союз и соединяет здесь неполные предложения, сравним: [Ему] 19 лет, и уже [он ставит] рекорды в НХЛ. Это сложносочиненное предложение, между частями нужна запятая (по общему правилу) или тире (поскольку у союза и в таком контексте сопоставительно-уступительное значение): 19 лет — и уже рекорды в НХЛ.