Если -чь называть формообразующим суффиксом, значит, в основу инфинитива он не входит. Такой вариант предлагается в академической «Русской грамматике» (М., 1980. Т. 1. § 1594), однако здесь -ти, -ть, -чи называются не суффиксами, а окончаниями.
Членение инфинитивов на -чь представляет собой трудность. Теоретически возможны три варианта: 1) -чь является формообразующей морфемой, которая не входит в основу инфинитива, 2) -чь входит в основу инфинитива, и тогда в этих формах придется выделять нулевой показатель инфинитива, 3) выделяется условная основа инфинитива на -к или -г и условный показатель инфинитива -ть, то есть форму печь следует условно членить так: *пек-ть (последний вариант отвечает истории возникновения этих форм). Об этих трех вариантах см.: Буланин Л. Л. Трудные вопросы морфологии. М., 1976. С. 108–110.
Форма технологий неверна, все остальные варианты допустимы. Некоторое предпочтение в подобных случаях отдается форме единственного числа сказуемого (было выявлено), поскольку сказуемое предшествует подлежащему и употреблено в форме страдательного залога, и форме именительного падежа прилагательного при существительном женского рода (784 перспективные технологии).
Части предложения распространены, включают вставную конструкцию и придаточную часть, поэтому предпочтительно трактовать предложение как сложное. См. ответ на вопрос № 328190.
Начиная с 1870-х гг. предложения оставить в русском письме только один разделительный знак выдвигались неоднократно. С аргументами в пользу такого решения и против него можно познакомиться в книге: Обзор предложений по усовершенствованию русской орфографии. М., 1965. С. 102–112. В последний раз такое предложение значилось в проекте реформы русской орфографии первой половины 1960-х гг., которая не была осуществлена. Реформа письма — это очень сложное дело, оно чаще всего наталкивается на серьезное сопротивление общества.
Если в употреблении стихийно закрепляется вариант один клавес, не видим причин этому сопротивляться. В русском языке немало заимствований, форма единственного числа которых восходит к форме множественного числа в языке-источнике. Рельс, кекс, пирс, клапан, локон и др. — все эти слова в тех языках, откуда они заимствованы, являются формами множественного числа.
Да, это возможно. Если местоимению-подлежащему кто предшествуют слова те, такие, форма множественного числа сказуемого признаётся допустимой (см.: Русская грамматика. М., 1980. Т. 2. § 2248).
Да, возможно. В скобки заключаются вставные конструкции. К ним не применяется требование обязательной синтаксической связи с членами основного предложения.
В словах, образованных от основ на -к-, перед суффиксом -н- пишется буква ч: пустяк — пустячный, праздник — праздничный, прачка — прачечный, краска — красочный и т. п. Существует несколько исключений: городошник, раёшник, двурушник и некоторые другие.
Мужская фамилия Руснак склоняется: Руснак, Руснака, Руснаку и т. д.
Здесь употреблено деепричастие солгавши с суффиксом -вши. В современном литературном языке такие деепричастия образуются от возвратных глаголов (умывшись, простившись), в языке XVII–XVIII веков они могли образовываться и от невозвратных глаголов и были широко распространены в разных стилях речи, в том числе в славянизированных текстах. Во второй половине XIX века такие деепричастия употреблялись уже гораздо реже и в определенных контекстах могли восприниматься как архаизм (в данном случае такому восприятию способствует книжная окраска глагола солгать). Это стилистическое свойство деепричастной формы, наряду с церковнославянизмом единожды и синтаксически архаичным употреблением деепричастия (субъект действия, обозначенного деепричастием, не совпадает с субъектом действия, выраженного сказуемым), используется авторами высказывания для создания иронии.
