Согласно «Морфемно-орфографическому словарю русского языка» А. Н. Тихонова, слова поле и поляна однокоренными не являются, хотя этимологически эти слова, безусловно, родственные. Так что, если строго следовать букве закона (в данном случае орфографического закона — «Правил русской орфографии и пунктуации», в которых сказано именно про однокоренные слова), учительница права: поле не может служить проверочным словом к слову поляна. Мы не беремся оценивать корректность действий учительницы, но, на наш взгляд, целесообразен более мягкий подход к рассматриваемому вопросу, поскольку русский язык — это все же не сухой набор правил правописания (к сожалению, после школы у многих складывается именно такое впечатление). Вовсе не плохо, если понимание этимологии слова способствует запоминанию его правильного написания.
Если ударение в имени отца падает на первый слог (Лаша), верно: Лашевич. Если ударение падает на последний слог (Лаша), верно: Лашаевич.
Нельзя ответить на этот вопрос, не зная, как зовут отца, какое имя зафиксировано в его паспорте: Жорж, Жоржек или какое-то иное.
Правильно: об А. С. Пушкине. В предложном падеже перед словами, начинающимися гласными, употребляется предлог об: вспоминать об отце; задуматься об учебе.
Такое употребление вполне возможно. Например: ...сын Лаврентия Берии написал об отце обаятельную книгу: добродушный человек, преданный семьянин... [Александр Терехов. Каменный мост (1997–2008)].
Если это мужская фамилия, то правы те, кто склоняют. См. подробнее:
104">Как склонять фамилии (общие рекомендации)
Если в части, начинающейся со слова всегда, продолжается изложение слов отца, то запятая не нужна, так как в этом случае союз и соединяет однородные придаточные части, зависящие от слова сказал в главной части.
Правильно: Смерть матери, а также разорение и вынужденное скитание отца стали тем фоном, который подтолкнул к размышлениям о семейных корнях, об утраченном отчем (а вернее — материнском) доме.
Фамилия склоняется: выдан Виктории Куцыне.
Вполне возможно, что на рекомендации словарей самым решительным образом повлиял Василий Родионович Долопчев, автор вышедшего в 1909 году издания, представляющего собой одно из первых в отечественном языкознании собраний «недостатков устной и письменной речи» (именно такой материал представлен в словарях трудностей русского языка). В книге под названием «Опыт словаря неправильностей в русской разговорной речи» формы поезжай и поезжайте определены как правильные, а формы едь, едьте, езжай и езжайте определены как неверные. В предисловии В. Р. Долопчев пишет: «Соображения, по которым слово или выражение признано мною неправильным, и предлагаемые поправки основаны на литературном языке образцовых писателей, теоретических работах Павского, Аксакова, Буслаева, Потебни, Грота и других, словарных трудах Академии наук и Даля, а за образец устной речи взят говор московский». Очевидно, что история с этими формами остается исключительно стилистической, и создателям письменных текстов по-прежнему приходится иметь в виду «формально-стилистическую» коллизию. Обсуждают ли ее лингвисты? Несомненно. Подробный анализ употребления названных форм в современном языке можно найти в статье О. Северской «Сюда я больше... не едок?» (об экспансии императива едь! в разговорной речи последних десятилетий» (опубликована в 2024 году в «Трудах Института русского языка им. В. В. Виноградова»).
