Союз а здесь присоединительный, он используется в начале предложения, содержание которого развивает, поясняет, продолжает предшествующее предложение (или ряд предложений).
Это фразеологизированные образования — см. примечание к § 3060.
Это суждение не верно.
Глагол щемить может иметь значение 'ныть, болеть (о сердце, груди и т. п.)'. Обратимся к примерам с производным глаголом защемить: «Живем тихо, мирно, а как подумаешь о том, что ожидает нас, и сердце защемит» [А. Б. Гольденвейзер. Вблизи Толстого (1910)]; «У меня сердце защемило от острой жалости к ней» [Р. Б. Ахмедов. Промельки (2011)]
В приведенном Вами предложении существительное сердце является подлежащим. В ином случае это же существительное может оказаться в позиции дополнения: страх защемил ей сердце. Переходный глагол защемил обозначает действие 'сжать, сдавить, стиснуть'.
Если в употреблении стихийно закрепляется вариант один клавес, не видим причин этому сопротивляться. В русском языке немало заимствований, форма единственного числа которых восходит к форме множественного числа в языке-источнике. Рельс, кекс, пирс, клапан, локон и др. — все эти слова в тех языках, откуда они заимствованы, являются формами множественного числа.
Здесь употреблено деепричастие солгавши с суффиксом -вши. В современном литературном языке такие деепричастия образуются от возвратных глаголов (умывшись, простившись), в языке XVII–XVIII веков они могли образовываться и от невозвратных глаголов и были широко распространены в разных стилях речи, в том числе в славянизированных текстах. Во второй половине XIX века такие деепричастия употреблялись уже гораздо реже и в определенных контекстах могли восприниматься как архаизм (в данном случае такому восприятию способствует книжная окраска глагола солгать). Это стилистическое свойство деепричастной формы, наряду с церковнославянизмом единожды и синтаксически архаичным употреблением деепричастия (субъект действия, обозначенного деепричастием, не совпадает с субъектом действия, выраженного сказуемым), используется авторами высказывания для создания иронии.
В сочетании состояние нового (предмета/товара) нет лексических или грамматических недочетов. Более того, эта лаконичная формула действительно способна вполне однозначно выразить нетривиальное суждение. По всей видимости, возможной заменой этого сочетания может быть только многословный оборот типа был в употреблении, но на внешнем облике товара и его функциональных свойствах это никак не отразилось.
Запятых перед союзами и нет потому, что они соединяют однородные компоненты разного уровня: утомилась... и... [устремила... и умолкла].
В толковых словарях русского языка сочетаемость глагола укусить в его исходном значении представлена беспредложными оборотами с существительными в форме винительного падежа: укусить мальчика, руку, ногу; а также предложными оборотами: укусить в руку, ногу; укусить за руку, ногу. Появление предлога в либо за в сочетании можно объяснять стремлением говорящего тем или иным образом интерпретировать обстоятельства произошедшего.
Правила гласят, что если прямая речь внутри слов автора заканчивается многоточием, вопросительным или восклицательным знаком, то после нее ставится тире. По этим правилам верно: Оставить ребёнка с неблагополучной мамой, которая рыдает: «Не забирайте его!» — или забрать, чтобы с ребёнком ничего не случилось?
