В «Справочнике по русскому языку: правописание, произношение, литературное редактирование» Д. Э. Розенталя, Е. В. Джанджаковой, Н. П. Кабановой содержится рекомендация ставить иноязычную фамилию в форму единственного числа, если она сопровождается словами супруги, семья. Рекомендаций об употреблении фамилии при слове чета в справочнике нет, но логично предположить, что и в этом случае предпочтительно единственное число.
В литературном языке слово мышь является словом женского рода — эта мышь. Как слово мужского рода слово мыш широко распространено в диалектах — этот мыш, этого мыша́. Оно же может использоваться в речи носителей литературного языка как элемент языковой игры или в художественных текстах как стилистическое средство. В этом случае оно пишется без мягкого знака.
В разговорной речи можно использовать слово цифра в значении «сумма, количество чего-либо, выражаемое каким-либо числом». Однако в образцовом литературном употреблении сохраняется требование различать число и цифру, хотя еще в 1964 году в пятом выпуске «Вопросов культуры речи» отмечалось, что «трудно возражать теперь против употребления слова цифра во многих случаях, где, говоря строго логически, возможно лишь слово число».
Правильно: собаки махали хвостом. В «Справочнике по русскому языку: правописание, произношение, литературное редактирование» Д. Э. Розенталя, Е. В. Джанджаковой, Н. П. Кабановой (М., 2010) указано: форма единственного числа употребляется в значении множественного при указании на то, что одинаковые предметы принадлежат каждому лицу или предмету из целой их группы, напр.: Солдаты стояли с опущенной головой; Ученики писали карандашом (не карандашами).
Вообще говоря, «Русский орфографический словарь» РАН допускает два варианта: ненормИрованность и ненормирОванность, ненормИрованный и ненормирОванный. Что касается ударения в слове ненормированный – строгая литературная норма: ненормирОванный, но и вариант ненормИрованный сейчас тоже считается допустимым. Есть мнение, что на распространение этого варианта повлияла фраза из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»: «Мы, цари, работаем без выходных. Рабочий день у нас ненормИрованный».
Эти слова образованы по регулярным словообразовательным и семантическим моделям, они не представляют какой-либо смысловой или орфографической трудности для носителей языка, поэтому их внесение в словники нормативных толковых или орфографических словарей вряд ли может быть целесообразным. Что же касается "законности" слов, то словарная фиксация не служит для слова (или для нового словоупотребления) безусловным "пропуском" в литературную речь.
При естественном литературном произношении в первом предударном слоге не может звучать [э]. В этой позиции происходит редукция гласного – он становится короче и меняет качество. Вместо [э] произносится звук средний между [э] и [и], его называют «и с призвуком э», а записывают в более точной транскрипции так – [иэ], в менее точной, в том числе в школе, – [и].
Правильно: ...из-за травм позвоночника. В «Справочнике по русскому языку: правописание, произношение, литературное редактирование» Д. Э. Розенталя, Е. В. Джанджаковой, Н. П. Кабановой (М., 2010) указано: форма единственного числа употребляется в значении множественного при указании на то, что одинаковые предметы принадлежат каждому лицу или предмету из целой их группы, напр.: Солдаты стояли с опущенной головой; Ученики писали карандашом (не карандашами).
