Из-за того, чтобы — целевой союз. Конечно, это целевой союз только благодаря компоненту чтобы: если бы не он и если бы было из-за того, что — это был бы причинный союз. Конечно, это союз как минимум устаревший (а как максимум — окказиональный). В XIX в. причинные и целевые значения часто смешивались. У Достоевского хозяин распивочной спрашивает Мармеладова: А для ча (= чего) не работаешь? Ясно, что в его устах для чего = почему.

Придаточное, вводимое этим союзом, конечно, целевое.

Союза *даже так, что я в этом предложении не вижу. Даже так продолжает (и завершает) часть ...сама навыдумала... По школьной классификации придаточное ...что ...самоубийства, может быть... оказывается придаточным образа действия, по академической — придаточным в местоименно-соотносительной конструкции вмещающего типа (но семантика образа действия при этом никуда не пропадает).

Считать ли эти придаточные однородными? На первый взгляд, нет, потому что они различны по значению. Но можно сделать особую оговорку: целевое придаточное в данном случае служит одной из характеристик способа, которым было произведено действие. Тогда ощущение некоторой однородности получает объяснение.

И наконец: целевое придаточное (из-за того, чтобы...) не зависит и не может зависеть от отдельно взятого слова. Оно, как и любое детерминантное придаточное, распространяет предикативный центр всей части, от которой зависит.

Предлог сообразно вводит обстоятельство образа действия, причины, соответствия, а такая семантика не свойственна вводным сочетаниям. Подавляющее большинство примеров сочетания сообразно этому в Национальном корпусе русского языка относится к XIX — первой половине XX века, в связи с чем можно полагать, что это устаревшее выражение.

Доказать, что это сложное — и только сложное — предложение, затруднительно.

Смысл предложения состоит в установлении причинно-следственной связи между двумя ситуациями: причина (Q) и следствие (Р). Q: он не услышал звонка; P: он не подошел к телефону.

Причинно-следственная семантика может выражаться многообразно:

1. Он не услышал звонка и не подошел к телефону (простое с однородными сказуемыми).
2. Он не подошел к телефону, потому что не услышал звонка (сложноподчиненное).
3. Поскольку он не услышал звонка, он не подошел к телефону (сложноподчиненное).
4. Не услышав звонка, он не подошел к телефону (простое, осложненное обособленным обстоятельством, выраженным деепричастным оборотом) (деепричастие иногда называют второстепенным сказуемым).
5. Он не услышал звонка, поэтому он не подошел к телефону (бессоюзное сложное (поэтому и потому — не союзы!)).

В случаях (2–5) сомнений быть не может, эти конструкции квалифицируются однозначно. Предлагаемое в вопросе предложение ближе всего к (5), но во второй части опущено подлежащее — во избежание избыточного повтора. Здесь нужно обратить внимание на функцию местоименного наречия потому/поэтому. Оно принимает участие в организации сложного предложения, поскольку отсылает к первой части, квалифицируя ее как причину (Q) того, о чем сообщается во второй части (Р). Но это его вторичная функция, а первичная — роль обстоятельства причины во второй части. Причем такого обстоятельства, которое распространяет не какое-то одно слово, а всю вторую часть (начиная с 60-х гг. прошлого века такие члены предложения называют детерминантами). Вся ситуация Р (а не какой-то ее компонент) произошла по причине, на которую указывает местоименное наречие. Так вот, само наличие детерминанта склоняет чашу весов в пользу признания предложения сложным, поскольку детерминант распространяет не одно слово, а целое предложение.

Вместе с тем вся эта аргументация не может быть признана стопроцентно убедительной. Ведь в пример (1) легко ввести то же местоименное наречие: Он не услышал звонка и потому не подошел к телефону. Для большинства носителей русского языка это, как и (1), — простое предложение с однородными сказуемыми. То же можно сказать о предложении, содержащемся в вопросе.

Таким образом, поставленная задача однозначного решения не имеет.

В теории синтаксиса проблема однородных сказуемых является одним из «проклятых» вопросов: в принципе, любую конструкцию с однородными сказуемыми допустимо трактовать и как сложное предложение.

На практике же разумнее всего отдавать предпочтение наиболее экономным решениям: если можно трактовать конструкцию как простое предложение с однородными сказуемыми, то это и предпочтительно.

Вводное слово далеко не всегда можно безболезненно убрать из предложения. Основной критерий отнесения слова (сочетания) к вводным — семантика: вводные слова и сочетания выражают разного рода субъективные смыслы, которые исходят от говорящего (реже — от какого-то другого субъекта). Например, слово может в приведенных контекстах выражает предположение (Может, и нет) либо допущение чего-либо (Я, может, и не ценитель...). Подробнее см. ответ на вопрос № 320778.

Возглас горько! — это призыв поцелуем смягчить горький вкус чего-либо, чаще всего алкогольных напитков. Иначе говоря, это свернутый вариант приговора типа Вино горько, надо подсластить. Ср. диалектное подслащивать (водку) ‘целоваться молодым на свадьбе под крик гостей горько’ (Словарь русских народных говоров. Вып. 28. СПб., 1994. С. 184). В традиционном свадебном обряде, уходящем корнями в древность, важную роль играла символика вкуса с противопоставлением горького и сладкого (см. об этом, например: Гура А. В. Брак и свадьба в славянской народной культуре: семантика и символика. М., 2011. С. 713–722).