Проверка слова:  

Архив форума: Литературный уголок:: Кундера vs. Бродский

[20.12.2009 01:55] – *мираж
Кундера vs. Бродский

На Грамоте была достаточно короткая ветка ne znatok’a:
Кундера: "что раздражало меня в Достоевском” http://www.gramota.ru/forum/litugolok/83279/#mess83279
Не прошло и полгода, как я встретилась с этим высказыванием Кундеры и с ответом Бродского.
Ниже отрывки из статьи Кузнецова http://magazines.russ.ru/zvezda/2002/4/kuz.html:

В "Книжном обозрении" (17 февраля 1985 г.) газеты "New York Times" Кундера опубликовал статью "Предисловие к вариации", где выразил довольно-таки любопытное отношение к "восточной" (в данном случае русской) эмоциональности и одновременно западному рационализму, взяв в качестве примера Достоевского и Дидро. Глубоко травмированный советской оккупацией Чехословакии, Кундера видит в ней закономерное продолжение давней русской экспансии в Европу и стремление навязать европейцам свои "восточные ценности".
Исходной точкой размышлений Кундеры стал эпизод, когда во время оккупации 1968 года он ехал на автомобиле из Праги мимо танков и лагерей советской пехоты. Его машина была остановлена, обыскана, после чего офицер, отдавший приказ, справился о самочувствии писателя: "Его вопрос не был ни злобным, ни ироничным, — вспоминает Кундера, — напротив, „все это большое недоразумение, — говорил офицер, — но все исправится. Вы должны понять, мы вас, чехов, любим. Мы вас любим"". Ситуация вызывает у Кундеры взрыв негодования: страна оккупирована, разорена, уничтожена, и при этом офицер оккупационной армии изъявляет вам свою любовь… "Поймите меня, — говорит Кундера, — он не испытывал желания осудить вторжение, ничего похожего. Они все более или менее говорили одно и то же, их отношение к происходящему базировалось не на садистском удовольствии насильника, но на совершенно другом архетипе: неоплатной любви. Отчего эти чехи (которых мы так любим!) отказываются жить с нами по нашим законам? Как жаль, что нам приходится пользоваться танками". В конце концов, ответственным за происходящее оказывается и сам российско-восточный менталитет, и его ярчайший выразитель — Достоевский. Когда во время оккупации книги Кундеры уже были запрещены, один театральный режиссер предложил писателю сделать под псевдонимом инсценировку "Идиота". "Я перечитал "Идиота" и понял, что, даже если бы мне пришлось голодать, я бы не смог выполнить эту работу. Мир Достоевского с его выходящими из берегов жестами, мутными глубинами и агрессивной сентиментальностью отталкивал меня. Внезапно я почувствовал необъяснимый приступ ностальгии по „Жаку-фаталисту".
(Другой вариант перевода: Созданный Достоевским мир отталкивал меня напыщенными жестами, грязной изнанкой и агрессивной сентиментальностью… Меня раздражала атмосфера романов Достоевского: мира, где любая мелочь оборачивается переживанием или, другими словами, где чувства возводятся в ранг ценностей и истин…")
"Откуда эта неожиданная неприязнь к Достоевскому, — спрашивает себя Кундера. — Что это, антирусский рефлекс чеха, травмированного оккупацией родины?.. Сомнения в эстетической ценности его произведений? Нет, ибо неприязнь овладела мной внезапно и не претендовала на объективность. Раздражал меня в Достоевском непосредственно климат его произведений: мир, где все обращается в чувства; иными словами, где чувства возводятся в ранг ценностей и истин".
"В русском мышлении наблюдается иное равновесие между рациональностью и чувством; в этом ином равновесии (или неуравновешенности) мы и находим знаменитую загадку русской души (как ее глубину, так и ее жестокость)".

«Иосиф Бродский, будучи возмущен текстом Кундеры, через полтора месяца напечатал в том же издании свой ответ "Почему Милан Кундера несправедлив к Достоевскому", где в довольно резком тоне ответил на все пассажи чешского писателя, в частности взяв Достоевского под защиту. Отделив русское от советского и Достоевского от танков 1968 года, он говорит, что коммунистическая система "в той же мере является продуктом западного рационализма, как и восточного эмоционального радикализма". Европеец из Восточной Европы, Кундера, по Бродскому, "стремится быть европейцем более, чем сами европейцы", поэтому его представления о ценностях европейской культуры являются односторонними, и вся Россия, в том числе и Достоевский, не вмещается в нее (кстати, совсем недавно нечто подобное утверждал драматург и президент Вацлав Гавел).
«…Бродский возражает Кундере вполне убедительно — там, где чешский писатель "видит торжество чувств или разума", Достоевский увидел нечто несравнимо более глубокое — "человеческую предрасположенность ко злу". Более того, суждение Кундеры, "что тип человека, описанный Достоевским, только на родине Достоевского и обитает, свидетельствует лишь о том, что Запад и по сей день не произвел на свет писателя, равного — по докапыванию до глубин — Достоевскому". К тому же автор "Невыносимой легкости бытия" почему-то совершенно забывает, что предшествующая оккупация Чехословакии пришла с Запада и была осуществлена самой что ни на есть "рационалистической" страной.

Вот еще отрывки из статьи самого Бродского:
"Если у литературы и есть общественная функция, то она… в том, чтобы показать человеку его духовный максимум. По этой шкале метафизический человек романов Достоевского представляет собой большую ценность, чем кундеровский уязвленный рационалист, сколь бы современен и сколь бы распространен он ни был".
Кундера "ополчается против невнятности чувств и после замечания о том, что чувства обошлись нашей цивилизации чрезвычайно дорого, переходит к восхвалению их противоположности, а именно: рациональной мысли, духа рассудка и сомнения, обнаруживая их средоточие исключительно на Западе".
«На Востоке преступления совершаются во имя любви? Неверно, "во всяком случае, не столь симметрично. Преступления, совершенные и совершаемые в тех краях, совершались и совершаются во имя не столько любви, сколько необходимости - исторической, в частности. Концепция исторической необходимости есть продукт рациональной мысли, и в Россию она прибыла из стороны западной. Идеи о благородном дикаре, о природной добродетельности человека, какой препятствуют дурные институты общества, а также об идеальном государстве, социальной справедливости и тому подобных вещах - ни одна из них не произросла и не расцвела на берегах Волги. Следует по возможности сопротивляться соблазну усматривать в праздных, хотя и одаренных, бездельниках французских салонов XVIII века источник современного полицейского государства. Не следует, однако, забывать, что "Das Kapital" был переведен на русский с немецкого.
Отдадим должное и западному рационализму, ибо бродивший по Европе "призрак коммунизма" осесть был вынужден все-таки на Востоке. Необходимо, тем не менее, отметить, что нигде не встречал этот призрак сопротивления сильнее, начиная с "Бесов" Достоевского".

И т.д. Не могу сказать, что все доводы Бродского показались мне убедительными, и всё же… Кундера, по-моему, просто не захотел, не пожелал понять Достоевского. Отсутствие Желания.
Это нежелание понять может взбесить.
Думаю, поэтому Бродский и сказал в беседе с Адамом Михником:

"Кундера – это быдло. Глупое чешское быдло".

И всё тому же Адаму:
«Сразу скажу, с кем ты имеешь дело. Чтобы у тебя не было иллюзий. Я состою из трех частей: античности, литературы абсурда и лесного мужика. Пойми, я не являюсь интеллигентом…»
:)

Ссылка на это сообщение
[20.12.2009 10:35] – Тигрa

Оба молодцы.

Ссылка на это сообщение