Проверка слова:  

 

Наука и жизнь

 

Искусственная естественность

10.11.2017

Дмитрий Казаков

Опубликовано в журнале «Наука и жизнь» (№ 10, 2017)

Нет ничего более естественного, чем язык. Мы все свободно пользуемся им, а то и не одним; мы знаем, что он возник очень давно, во тьме первобытности, вовсе не по нашей воле, а как-то сам по себе; в курсе, что он меняется и развивается, что вирши Державина и тем более летописи мало напоминают современный русский.

Но если человечество в чём-то и способно к неограниченному творчеству, так это в создании языков.

Придумывать наречия, не существующие сами по себе, хомо сапиенсы начали как минимум тысячу лет назад и останавливаться не собираются. Языки эти называют искусственными, плановыми, выдуманными или просто конлангами, и несть им числа.

Классифицируют их самыми разными способами, но любая систематика в сфере лингвостроительства условна, конланги не желают становиться по ранжиру, занимать место в одной-единственной клеточке, а некоторые вообще не лезут ни в какие ворота.

Мы взглянем на плановые языки с точки зрения цели, ради чего, а точнее, ради кого они созданы… 

Ангелы и мистики

Язык неразрывно связан с разумом, любое разумное существо должно уметь говорить или хотя бы понимать сказанное. Ну а мир, как хорошо было известно нашим предкам, населён не только людьми, но и всякими сверхъестественными товарищами вроде ангелов и демонов.

И для общения с ними может понадобиться особое наречие.

Первые известные нам опыты лингвоконструирования относятся как раз к этой области.

Хильдегарда Бингенская, жившая в Германии в XII веке, попала в историю как одна из первых европейских женщин-интеллектуалок, и помимо прочего она создала искусственный язык, называемый Lingua ignota (на латыни — неизвестный язык).

Он дошёл до нас в виде словаря из тысячи с небольшим слов, расположенных строго по иерархии: на первом месте — бог, потом — ангелы, святые и так далее, — и доходит всё до мирских предметов вроде ушной серы.

Лексика большей частью апостериорная, то есть слова взяты из уже существующих языков, от грамматики сохранилось так мало, что о ней судить невозможно, а помимо собственно языка имеется ещё и алфавит — чтобы было чем писать херувимам и самому господу.

Следующий конланг такого типа возник в Османской империи, где в XVI веке суфий и писатель Мухьи Гюльшени создал белейбелен, чтобы записывать тексты мистического характера. Их немало ходило в суфийской среде, что совсем не радовало представителей ортодоксального ислама.

Лексика этого языка собрана из слов персидского, турецкого и арабского, а грамматика — из того же турецкого. С письменностью автор проекта мучиться не стал, взяв распространённый в империи османский алфавит.

Почти одновременно с Гюльшени в Англии жил чуть ли не самый знаменитый европейский маг позднего Средневековья — доктор Джон Ди, при котором обретался медиум Эдвард Келли. И эта парочка в 1583—1584 годах в результате спиритических сеансов получила от ангелов девятнадцать так называемых енохианских ключей, записанных енохианским же языком. Нам достался не только словарь, но и описание грамматики, правда нарочито затемнённое, поскольку конланг этот, по мнению создателей, обладает могучей магической силой и его слова, правильно произнесённые, могут колебать ткань пространства и времени.

Есть сведения, что магические ордена использовали енохианский язык вплоть до середины ХХ века, а возможно, используют и сейчас.

Мудрецы и философы

Средние века уступили место эпохе Просвещения, мистика и религия ушли в тень, пьедестал заняла наука, а её в те времена двигали титаны мысли, пытавшиеся в одной голове уместить все знания, доступные человечеству.

Их интересовал язык-инструмент, логический, чёткий, лишённый неясностей и нелогичностей естественных наречий, позволяющий учёным разных стран общаться легко и свободно. Поэтому авторы многих проектов ограничивались системами пазиграфии — символьных языков, где нет фонетики, только наборы универсальных знаков и правила их использования.

В изобилии философские языки начали появляться в XVII веке, к их разработке приложили руки звёзды науки — Лейбниц, создавший трактат «Новые опыты о человеческом разуме» (внутри есть попытка построить логическую алгебру языка), и Ньютон, написавший работу «О всеобщем языке».

Но самый знаменитый, подробный и разработанный проект того времени принадлежит перу епископа Джона Уилкинса, и на примере созданного им языка мы покажем, как выглядели философские конланги, поскольку они мало отличались друг от друга.

Все существующие в мире идеи и понятия епископ поделил на сорок классов, каждый из них — на девять родов, а те — на девять видов, так что вышла колоссальная таблица. Всякий из классов получил слог типа «согласный+гласный», род — согласный звук, вид — гласный.

Конланги такого рода, когда слова не заимствуются из существующего языка или языков, а придумываются с нуля, называются априорными.

Для письменной речи предназначались особые знаки общим числом 58, относящиеся к упомянутым выше категориям, а также отдельные элементы для грамматических показателей.

Уилкинс разработал «философскую», логичную грамматику, и в конечном итоге получился конланг, лишённый омонимии, излишней синонимии, исключений из правил и расхождений между написанием и прочтением букв. Но зато он обрёл изъян, свойственный всем системам такого рода: слова, близкие по значению, стоящие рядом по смыслу, оказалось крайне сложно различить по звучанию. Да и запомнить, что к чему относится в огромной таблице, составленной в общем-то произвольно, — задача не из лёгких.

Проекты такого рода продолжали появляться и в XVIII, и в XIX веках, а последний из нашумевших — Ро — создан в первом десятилетии ХХ века священником из Огайо Эдвардом Фостером. Тут мы видим те же универсальные категории, приписанные к буквам латинского алфавита, и почти полную неразличимость близких слов, например «bodef» — это «туча», а «bodek» — «ветер».

Автор проекта основное внимание уделял словарю, грамматикой почти не занимался и, несмотря на активные пропагандистские усилия, популяризовать свою систему так и не сумел.

На новом уровне научных знаний философский конланг попытались создать в середине 50-х годов ХХ века. Лингвист и социолог Джеймс Браун задумался, как бы ему экспериментально проверить гипотезу Сепира-Уорфа, гласящую, что параметры мышления определяются тем языком, на котором мыслят.

В результате за двадцать лет работы он придумал логлан (от английского «Logical language»), плановый язык, структурно отличный от английского, с лёгким произношением. Своё детище Браун описал в книге, и вскоре начались первые эксперименты, появились говорящие на нём люди.

В логлане три части речи: имена, неизменные предикаты и словечки, отвечающие за логические и грамматические связи. Этот конланг, как и его предшественники, лишён недостатков естественных языков, но не является в полном смысле слова априорным, поскольку часть его лексики заимствована из восьми естественных языков, в число которых попал и русский.

Предикаты логлана созданы с помощью компьютерной медиализации так, чтобы человек, их услышавший, мог с высокой степенью вероятности понять смысл каждого. Части речи имеют строгую фонетическую структуру, например те же предикаты могут выглядеть лишь как ССГСГ или СГССГ, где С — согласный, а Г — гласный.

Потомком логлана стал ложбан, созданный в середине 1980-х группой энтузиастов. Он, как и его предок, лишён исключений и основан на логике предикатов, но лексика двух схожих по структуре языков такая разная, что они не являются взаимопонятными.

Ну а венцом философского лингвоконструирования на данный момент является ифкуиль-илакш американца Джона Кихады. Работал он над ним несколько десятилетий: первая версия, ифкуиль, появилась в 2004 году, усовершенствованная, с новым названием, — в 2011-м. Этот конланг исключительно сложный как грамматически, так и фонетически.

Ключевая особенность — он полисинтетический, или инкорпорирующий, в нём используются не слова и не предложения, а нечто среднее: второстепенные члены предложения встраиваются внутрь глагола. Такие языки есть среди естественных, например чукотский, но встречаются они редко.

Кроме того, в нём имеются тона, то есть изменение высоты голоса несёт смыслоразличительное значение (как в китайском), и тонов много, целых семь.

Всего две части речи, словообразующие и адъюнкты, лексикон из 3600 семантических корней, 96 (это не опечатка) падежей и особая, нелинейная система письма.

Ничего удивительного, что освоить илакш сможет далеко не каждый, но на данный момент это самый реальный претендент на звание «сверхъязыка», способного увеличить скорость и эффективность мышления.

Путешественники и бизнесмены

Философы и мудрецы двинули вперёд не только науку, но и экономику, и в XIX веке мир стал единым целым с точки зрения торговли, самые отдалённые уголки связали морские трассы.

По ним покатили не только алчные коммерсанты, но и охочие до впечатлений туристы. И тут же возник спрос на язык простой и удобный для всех, позволяющий общаться людям из разных стран.

Языки такого типа обычно называют вспомогательными международными или аукслангами, и первые проекты такого типа возникли около 150 лет назад: «коммуникационный язык» Шипфера в Германии, упрощённый английский Бредшоу в Англии, музыкальный сольресоль во Франции.

Но первым по-настоящему международным конлангом стал волапюк немецкого священника Иоганна Шлейера. Если верить создателю, то идею подкинул ему сам господь, а он только записал, и случилось это весной 1879 года.

Получился язык с грамматикой, очень похожей на немецкую (2 числа, 4 падежа, 3 лица, 6 времён, 4 наклонения, 2 вида и 2 залога), и с априорно-апостериорной лексикой, выглядящей странно для любого европейца. Шлейер брал в основном слова английского, немецкого и французского языков, но перестраивал их по правилам волапюка и стремился при этом избежать омонимии.

Например, «волапюк» получилось из английских «world» («мир») и «speak» («говорить»), превратившихся в «vol» и «pük».

Примерно лет десять волапюк был очень популярен, а затем практически исчез.

В 1931 году группа поклонников во главе с Ари де Йонгом представила новую, упрощённую версию грамматики, но оживить мертвеца так и не удалось.

Куда более успешная судьба ждала наследника волапюка, а именно эсперанто, созданного в 1887 году варшавским окулистом Людвиком Заменгофом. Его автор не стал городить огород, а заимствовал слова из главных европейских языков и предложил очень простую грамматику, сводившуюся в первоначальной версии к пятнадцати правилам.

Эсперанто — язык агглютинирующий, в нём можно строить цепи из почти не влияющих друг на друга морфем, и это не совсем обычно для нашего континента. Принадлежность слова к части речи определяется исключительно окончанием, ударение всегда на одном и том же месте, а буквы читаются всегда одинаково.

Нейтральный и лёгкий для изучения эсперанто быстро обрёл популярность. Но, став живым языком, он попал под действие тех законов, которым подчиняются естественные наречия: он стал меняться (нынешняя версия эсперанто отличается от предложенной Заменгофом) и порождать другие языки (их обычно именуют эсперантидами). Зато у эсперанто есть то, чем не может похвастаться ни один конланг, а именно люди, для которых он является родным, первым.

Потомкам эсперанто нет числа, и первый из них, под названием идо («потомок» и есть), появился уже в 1907 году, и в его создании принял участие известный датский лингвист Отто Есперсен. Он же через некоторое время предложил новиаль, за ним последовали эсперантидо, универсаль, унитарио и другие.

Среди альтернатив эсперанто можно отметить интерлингву, появившуюся в начале 1950-х благодаря трудам Международной ассоциации вспомогательного языка, — этот конланг получил некоторое распространение и жив до сих пор, и глосу, аналитический (лишённый приставок, суффиксов и окончаний) язык на основе латыни и греческого.

Из свежих проектов выделяются детище канадки Сони Ланг — токипона, чуть ли не самый простой язык в мире, в котором используется 125 корней для образования всех слов, и лингва де планета (она же «лидепла»), апостериорный конланг, попытка создать гармоничное единство на основе самых популярных национальных языков человечества, причём под человечеством понимается не только Европа.

Пытаясь создать международный вспомогательный язык, лингвоконструкторы брали в качестве основы латынь, но упрощали её грамматику.

Первая такая попытка — «макароническая латынь» Теофила Фоленго, предложенная в начале XVI века. Ну а в первой четверти ХХ века конланги-латиниды полезли как грибы после дождя, и самый известный из них — Latino sine flexione, то есть «латынь без окончаний», придуманная итальянским математиком Джузеппе Пеано.

Помимо языков для всего мира отдельные энтузиасты пытались создать средство общения для группы родственных народов — для славян, германцев, носителей романских языков (так называемые зональные ауксланги). Первыми эту задачу, более или менее успешно, решили ещё в XVI веке иезуиты в Южной Америке, разработавшие лингва гераль, на котором общались между собой индейцы разных племён и европейцы-колонизаторы.

Первый проект для славян — Ruski jezik на основе церковнославянского, хорватского, польского и русского сочинил священник Юрий Крижанич в середине XVII века. Но особенно много их появилось в начале XXI века: лишённый падежей и родов словио, возникший в США словиоски, создаваемый интернациональной командой энтузиастов словянски.

С 2011 года большая часть этих проектов объединилась под зонтиком «междусловjанского» языка.

Для зоны романских языков разработаны лингва франка нова и романид, для германских — аллтетоник и вельтдойч. Существует даже конланг для африканских народов — африхили, эклектичное наречие, придуманное в Республике Гана в 1970 году.

Лингвисты-экспериментаторы

Искусственные языки используются не только для общения, они вполне годятся в качестве моделей для изучения лингвистических процессов. Конланг может за неделю эволюционировать так, как естественный за века, и параметры его изменения задаются произвольно, по желанию.

Кроме того, лингвоконструктор не обязан сидеть в рамках языковых универсалий, он может сочетать грамматические показатели как угодно.

Естественно, лингвисты этим пользуются. Но не только они. Например, профессор математики из Утрехта Ханс Фройденталь создал линкос (от «Lingua cosmica») для общения с внеземным разумом. Исходил он из того, что законы математики универсальны для любых существ, какими бы ни были их тела и средства коммуникации. Понятия-слова линкоса просты и однозначны, их можно кодировать как угодно, поскольку это натуральные числа, логические кванторы и арифметические операции.

Да, общаться на таком языке можно, а вот говорить нельзя, звуков в нём нет.

Зато мы можем поболтать на современном индоевропейском — конланге, созданном на основе индоевропейских наречий, коими пользовались наши предки. Авторы, предложившие последнюю версию в 2012 году, надеются, что их творение рано или поздно станет для единой Европы тем, чем санскрит был для Индии две с половиной тысячи лет назад.

Из этой же оперы и брифениг — альтернативно-историческая реконструкция того, как мог бы развиваться древний валлийский, окажи на него влияние народная латынь. Рядом стоит новословенский — попытка разобраться, как мог бы выглядеть старославянский язык, не распадись он на отдельные диалекты полтора тысячелетия назад и доживи до нашего времени.

Интересные попытки выбраться за пределы языковых универсалий — это споканский голландца Твехейсена, в котором глагольное время связано с порядком слов (хотя подобная черта найдена как минимум в одном из живых языков), и келен, эльфийский язык Сильвии Сотомайор, лишённый такой части речи, как глагол (а вот такого, похоже, и в самом деле не бывает).

Читатели, зрители и игроки

Упомянутая выше Сильвия Сотомайор сконструировала свой конланг не просто так, а чтобы украсить им серию книг в жанре фэнтези.

Но в этой области она была далеко не первой. Начало положил известный всем Джон Р. Р. Толкиен. Он, филолог мирового уровня, создал более десятка наречий, и уже потом нафантазировал «дом» для них, нашедший воплощение в саге «Властелин колец».

Самые известные — квенья и синдарин, у которых есть не только грамматика и словарь, но и история. На этих языках сочиняют стихи, по ним защищают диссертации и пишут учебники, так что они в каком-то смысле стали живыми.

Одновременно с Толкиеном творил другой классик английской литературы — Джордж Оруэлл, и он оставил нам в наследство не только «1984», но и подробно описанный в нём новояз, формально — жестоко искалеченный английский, фактически — новый язык, артефакт лингвистической инженерии.

Думающий на новоязе лишается свободы мысли, превращается в носителя идей ангсоца, английского социализма. В обществе, где говорят на новоязе, буквально немыслимы все течения мысли, кроме официальной доктрины.

Вообще языкам в художественной литературе нет числа, некоторые описаны подробно и выглядят оригинально. Например, Сюзет Элджин для своих книг создала феминистический язык лаадан, и поскольку она лингвист, то к делу подошла серьёзно.

Её конланг нацелен в первую очередь на выражение мыслей женщины, отражает особенности женской психологии и поведения. Например, в нём существует такая часть речи, как «частицы свидетельства», обозначающие надёжность высказывания, и среди них такие, как «говорящая знает об этом, потому что это само собой разумеется» или «говорящая увидела это во сне», имеются аффиксы для обозначения чувств и настроений, которые мы обычно проявляем жестами, тоном или выражением лица.

Ну а Т. Доннели попытался сконструировать мачи, язык для разумных насекомых с учётом особенности их анатомии — отсутствия губ, лёгких и гортани, всего того, что порождает звуки у людей.

В кино искусственные языки появились в 1967 году, когда в одном из эпизодов сериала «Стар трек» прозвучало несколько слов на наречии воинственных клингонов. Зрителям оно настолько понравилось, что компания «Парамаунт» наняла лингвистов, и дело в конечном счёте зашло так далеко, что в настоящий момент существует институт клингонского языка, на него переводят Шекспира и Кафку, он встроен в систему автоперевода Bing.

Конланг этот сконструирован так, чтобы как можно меньше напоминать английский и отражать свирепый нрав своих носителей.

Синекожие аборигены планеты Пандора из «Аватара» обмениваются не просто наборами звуков, а словами нáви, специально придуманного для них языка. Конланг этот выделяется благодаря экзотическим чертам, не свойственным европейским наречиям, в нём помимо единственного и двойственного числа есть ещё и тройственное, а также используется трёхчастная кодировка членов предложения.

Решили не отстать и создатели сериала «Игра престолов», внутри которого существует дотракийский язык (в книгах Джорджа Мартина лишь упомянут). Выигравший конкурс на создание этого конланга лингвист Дэвид Петерсон использовал экзотическую для англоязычных (но привычную для нас) категорию «одушевлённости-неодушевлённости» существительных.

Ну и совсем экзотический пример из области развлечений — плановый язык, созданный для компьютерной игры. Конланг д'ни появился в мире квеста Myst, где им пользовались представители некоей внеземной расы, посетившей Землю и потом исчезнувшей, оставив после себя только надписи.

Разгадывая головоломки, игрок восстанавливает язык так же, как лингвисты реконструируют мёртвые наречия.

Здесь, как в любом конланге, серьёзная наука сочетается с искусством… 

Нет ничего более искусственного и условного, чем язык.

К данному моменту люди выдумали ненамного меньше наречий, чем их возникло естественным путём: от осознанно переусложнённых до предельно простых, от предназначенных для общения с ангелами до разработанных для роботов и негуманоидов, от известных лишь их создателям до ставших живыми, международными.

И процесс этот не останавливается: сотни конлангеров продолжают «скрипеть» мозгами, выдумывая новые и новые: одни — просто из любви к этому занятию, другие — в надежде упростить общение между людьми, третьи — чтобы украсить созданный мир или поставить лингвистический эксперимент.

Каждый искусственный язык — это эксперимент, и он позволяет нам узнать немного больше о том, что такое язык вообще, как он работает. А поскольку язык теснейшим образом связан с разумом и сознанием, то приземлённые на первый взгляд игры с аукслангами или вымышленными наречиями — один из путей проникновения в эту интереснейшую область, где наука пока не может похвастаться судьбоносными прорывами.

И возможно, один из них произойдёт благодаря нáви, илакшу или логлану…

Лингвисты придумывают сказочные языки, художники создают сказочные образы. Одним их тех, кто сформировал ставшие привычными представления о том, как выглядят эльфы, гномы, тролли и другие необычные существа, был английский художник Артур Рэкем (1867—1939). Иллюстрация к «Сказкам братьев Гримм». 1909 год. Фото: i2.wp.com/www.brainpickings.org.

Хильдегарда Бингенская (1098—1179), родилась в Бермерсхайме на территории нынешней земли Рейн-Гессен в семье дворян. Стала настоятельницей бенедиктинского монастыря. Хильдегарда — писатель, поэт, лингвист, художник, композитор, философ, врач, натуралист, эрудит. Как писал видный советский историк Сергей Аверинцев, переводчик латинских виршей Хильдегарды, ею был «составлен лексикон из 920 заново изобретённых вокабул с переводом на латинский и немецкий языки под заглавием “Язык незнаемый” — и в придачу она выдумывала новые начертания для букв!» Фото: bibliolore.org/2013/10/07/hildegard-of-bingen.

Памятник Людвику Заменгофу — автору языка эсперанто. Установлен в 1959 году во дворе дома № 3 по ул. Дерибасовской в г. Одессе. Скульптор — руководитель кружка эсперантистов Н. В. Блажнов. 15 декабря эсперантисты всего мира отмечают День Заменгофа (в день его рождения). По оценкам специалистов, на эсперанто в разных уголках мира говорят до 20 миллионов человек.

Профессор Оксфордского университета Джон Рональд Толкиен (1892—1973) сконструировал — с различной степенью детализации — более двадцати языков, каждый из которых имеет грамматику и лексический корпус. Здесь приведены первые две строки его поэмы «Namarie», записанные тенгваром и на латинице: «Ах! Словно золото падают листья на ветру, длинные годы бесчисленны, как крылья деревьев!»

В 1817 году француз Жан Франсуа Сюдр создал международный искусственный язык, все слова которого состоят из названий семи музыкальных нот, представленных в различных комбинациях. Он был назван сольресолем, а одной из его особенностей было отсутствие в нём синонимов и омонимов. Характерно, что говорить и писать на этом языке можно многими способами, используя, например, музыкальные инструменты, сигнальные флажки или цвета. Проект Сюдра заслужил одобрение различных комиссий Парижской академии наук и многочисленных научных обществ, получил приз в 10 тыс. франков на международной выставке 1851 года в Париже и почётную медаль на международной выставке 1862 года в Лондоне.

Текущий рейтинг: