Проверка слова:  

 

Язык в Сети

 

Русский язык "в чужой одежде": e-mail как средство транскрипции и инструмент лингвистического анализа

22.12.2000

Е. А. Земская

Изучение речи русских эмигрантов свидетельствует об угасании письменной формы русского языка в среде выходцев из России, получивших образование не на русском языке. Зарубежные русские, пользующиеся русским языком как средством лишь устного общения, – это чаще всего высокообразованные эмигранты первой волны, вывезенные малолетними детьми, или их потомки, родившиеся за рубежом. У них нет навыков письменного общения на русском языке, или эти навыки очень незначительны. Такие люди свободно говорят и пишут на других языках, а русский используют как язык домашнего общения или для разговора с соотечественниками, не знающими иных языков.

Уговорить подобных лиц написать вам письмо по-русски крайне трудно. Будучи людьми высокообразованными, они не хотят, стесняются, не могут себе позволить писать с ошибками. Вместе с тем жизнь настоятельно требует письменного общения (телефон дорог!) с родственниками или знакомыми в разных странах. И тут на помощь приходит электронная почта (e-mail). Этот удобный и быстрый способ связи дает интересный материал в руки лингвиста: он позволяет исследовать, как русские эмигранты пользуются русским языком "в чужой одежде". Ведь, как правило, живущие за границей люди, переписываясь по электронной почте на русском языке, используют латиницу, так что им приходится прибегать к транскрипции. Как они воспринимают и анализируют звуки родного языка? Какие звуки они объединяют, обозначая их одной и той же буквой? Какими буквами латинского алфавита передают “своеобразные” буквы русского языка ы, ч, ш, ж, я, ю?

Я использую для анализа электронное письмо, посланное мне из Лос-Анджелеса в Москву в 1999 г. Автор письма – ИЛ, русская эмигрантка первой волны третьего поколения.

ИЛ происходит из русской аристократической православной семьи. Отец – из рода князей Барятинских; в крови матери – частичка шведской крови. ИЛ воспитывали в многоязычии. В ее языковой иерархии на первом месте стоит французский, на втором – английский, на третьем – русский (ему она обучалась только дома), на четвертом – арабский. По-русски ИЛ говорит свободно, в хорошем темпе, с легким иностранным акцентом. У нее богатый запас слов, образный язык. Иногда она затрудняется в выборе русского слова. Чаще это касается слов отвлеченной семантики, тогда она вставляет французские или английские слова (например: responsability, personality, alarm).

Приведу e-mail от 16 июня 1999 г. Это письмо – реакция на получение ею сделанных мною фотографий ИЛ, ее дочери и епископа (Владыки Тихона), которые я передала для ИЛ через матушку, вдову настоятеля собора. Вот текст: Sorry for not writing any sooner – ya boyalass vam skazat chto fografie koodato propaly – beelo nedorozoomeneye Matooshka ploho sleeshet naverna ne ponela – No vse ooladeloss, otchen mne onee ponravelees ya pokazala Vladyke y on toszhe zahotel kopeeyou – ya beela oo fotografa onee mne zdelalee 2 otchen horosheeye kopye – Bolshoe sposeebo – teper adress Vladyke tak: <…> Nadeyouss chto vse oo vass horosho preevet iz Kaliforneye – Inotchka.

Передаю это письмо кириллицей:
Я боялас вам сказат что фотографии (в оригинале явная описка – пропущен слог to) кудато пропали - было недорозумение Матушка плохо слышит наверна не поняла - Но все уладилос, очен мне они [фотографии] понравилис Я показала Владыке и он тоже захотел копию - Я была у фотографа они мне зделали 2 очен хорошие копии - Болшое спасибо - тепер адрес Владыки так: <…> Надеюс что все у вас хорошо привет из Калифорнии – Иночка

ИЛ не филолог. Транскрибировать русские тексты ей не приходилось. Она последовательно применяет для передачи русских звуков те сочетания букв, которыми передаются соответствующие звуки английского и – реже – французского языков, используя правила орфографии этих языков.

Гласные
Русский звук у изображается через оо: ooladiloss (уладилос), oo fotografa (у фотографа), oo vass (у вас), koodatoудато), Matooshka (матушка).

Русский ударный звук и всегда передается через ee: sposeebo (спосибо), onee (они).

Русский безударный звук и также нередко передается через ее: ponravelees (понравилис), kopeeyou (копию), preevet (привет), zdelalee (зделали), horosheeye (хорошие).

Звук ы передается так же, как и, то есть через ее: beelaыла), sleeshet (слышит).

Можно ли такое написание считать аргументом в поддержку мнения Московской фонологической школы о том, что звуки и и ы в русском языке репрезентируют одну фонему? Во всяком случае, в речи ИЛ эти звуки различаются, она произносит их без какого-либо акцента.

В ряде случаев русские звуки и и ы изображаются через английское y. В единичном случае английская буква y передает русский звук и в слове propaly (пропали). Кроме того, через y изображаются союз и и ы – в слове Vladyka (Владыка – епископ).

Тот факт, что ИЛ передает звуки и и ы одинаковым способом, может служить свидетельством ее интуитивного фонологического объединения этих звуков в одну фонему.

Английская буква i ни разу не используется для обозначения русской и.

В безударном положении ИЛ не различает русские е и и. Она произносит звук, близкий к и, а изображает его английской буквой е, которая и назывется “и”: adress Vladyke (адрес Владыки), pokazala Vladyke (показала Владыке) sleeshet (слышит), iz Kaliforneye (из Калифорнии), 2 horosheeye kopye (2 хорошие копии).

"Иканье" обнаруживается и в написании ponela (понила, орфографическое поняла).

Русский ударный звук о всегда изображается через английский о: ploho (плохо), ochen (очен), oo fotografa (у фотографа), horosho (хорошо); в безударном положении ИЛ часто пишет правильно, то есть о: chto (что), Inotchka (Иночка), beelo (было), ponela (понила), onee (они). В ряде случаев, однако, безударный о изображается как а: naverna (наверно), что отражает аканье.

Русский ударный звук е изображается английской буквой е: mne (мне), zahotel (захотел), zdelalee (зделали), teper (тепер), nadeyouss (надеюс), preevet (привет).

Йотация изображается английской буквой y: horosheeye (хорошиjе), nedorozoomeneye (недорозумениjе). Буква я изображается через ya: ya (я), boyalass (боялас). Буква ю передается с помощью сочетания английских букв you: kopeeyou (копию), nadeyouss (надеюс). Возможно, что в таком написании обнаруживается влияние французской орфографии.

Согласные

Русский звук ш передается через sh: Matooshka (матушка).

Русский звук ж передается через szh: toszhe (тоже).

Русский звук ч передается через ch или tch: chto (что), Inotchka (Иночка).

Русский звук з передается через z: zdelalee (зделали).

Русский звук с передается через s: skazat (сказать), vseсе), sposeebo (спосибо), а в финальной позиции обычно через ss: vass (вас), ooladeloss (уладилос), boyalass (боялас).

Мягкость согласных никак не изображается.

Знаки пунктуации (точки, запятые) ИЛ не использует совсем. Иногда как знак пунктуационного членения применяет тире. После него пишет то большие, то маленькие буквы.

Мне хотелось бы надеяться, что это письмо могло бы быть интересно Александру Александровичу Реформатскому. Он любил забавные штучки, связанные с фонетикой, фонологией, да и вообще с языком. Но один факт в этом e-mail’е был бы ему несомненно интересен: я имею в виду изображение союза и после гласного как ы. Иночка пишет: ya pokazala Vladyke y (sic!) on toszhe zahotel kopeeyou (я показала Владыке (и) ы (!) он тоже захотел копию).

Известна статья А. А. Реформатского “О гласном звуке [ы] после гласных в русском языке”, помещенная среди его замечательных “Фонетических парадоксов”. Сан Саныч рассказывает, как он, гуляя, бормотал, занимаясь фонетическим самонаблюдением, и не сразу понял, что "союз и" он произносит "как звук [ы], хотя ему непосредственно предшествует не твердая согласная, а гласная (правда, редуцированная)". Речь шла о фразе Тата и отец.

Письмо ИЛ и ее транскрипция с очевидностью показывают, что и она, русская эмигрантка третьего поколения, родившаяся в Африке, исколесившая пол-Европы, никогда не бывавшая в России, не только произносит, но и слышит, как Сан Саныч, изображая союз и английской буквой y, как звук ы в слове Владыка. Трудно думать, что русский язык в эмиграции гибнет, чахнет и умирает.

Итак, ИЛ умело создает своеобразную русскую транскрипцию на основе орфографии английского языка, чего не смог бы сделать человек необразованный, неграмотный, не понимающий, что такое орфография и транскрипция. Более того, письмо ИЛ написано в ответ на мое, в котором я использую иной, принятый в России способ передачи русского текста латинскими буквами, то есть русский звук я передается как ja, ы как y, и как i, у как латинское u.

ИЛ поняла мой e-mail, но ей удобнее, привычнее опираться на английскую (реже – французскую) орфографию, в которой буква j звучит не так, как латинский “йот”, буква i часто звучит как “ай” и имеет соответствующее название, буква е называется “и” и т. д. Необходимо подчеркнуть, что текст ИЛ – это спонтанно написанное дружеское письмо, а не филологическое упражнение, не задание по фонетике.

Можно ли говорить о креолизации или пиджинизации русского языка у эмигрантов первой волны? Я отвечаю на этот вопрос отрицательно, хотя несомненно, что он заслуживает специального изучения. Эмигранты первой волны и их потомки в большинстве своем многоязычны. Они владеют свободно (говорят, читают и пишут) двумя, тремя, нередко четырьмя и более языками, переходя с одного языка на другой, а не смешивая их. Русский – один из таких языков, причем он для них не просто средство общения, но предмет особого внимания и заботы, рефлексии, оценок. Они постоянно сопоставляют свой русский с “советским русским”, с другими языками, особенно часто с языком страны обитания.

Литература
Земская Е. А. Об угасании письменной формы языка в среде эмиграции // Роман Якобсон. Тексты, документы, исследования. Изд. РГГУ, М., 1999, с. 599–610.
Реформатский А. А. Фонетические парадоксы. О гласном звуке [ы] после гласных в русском языке // Фонологические этюды. М.: “Наука”, 1975, с. 125–129.
Реформатский А. А. Очерки по фонологии, морфонологии и морфологии. М.: “Наука”, 1979.
Щерба Л. В. О понятии смешения языков // Л. В. Щерба. Языковая система и речевая деятельность. Л, 1974, с. 60–74.
Polinsky M. S. American Russian: A new Pidgin? // Московский лингвистический журнал. 1998, т. 4, p. 78–38.

Текущий рейтинг: